Отношения России и Крымского ханства в XVII столетии. Это было сложное время, Россия переживала Смутное время, городские восстания, смута и междуцарствие в начале 80-х годов XVII века, когда государство, как писал наш классик исторической науки Сергей Михайлович Соловьев, было достаточно ослабленным, с массой проблем социального и экономического порядка. Государство тогда еще не стояло твердой ногой на внешнеполитической арене, подобно Российской империи в XVIII столетии. Отношения в эту эпоху с таким сложным партнером, как Крымское ханство, были весьма непростыми.

Если мы откроем любой учебник по истории, то узнаем несколько истин, которые являются прописными для всякого образованного человека. Крымское ханство контролировало обширные пространства Крымского полуострова, Северного Причерноморья, где кочевали населявшие его крымские татары, ногайские племена. Оно считалось вассалом Османской империи. Кочевой образ жизни толкал народы, населявшие Крымское ханство, к набегам на территории соседей оседлых государств, таких как Россия и Речь Посполитая (в просторечии мы говорим часто Польша).

Увод пленных с этих территорий являлся важным аспектом жизни и деятельности этого государства. Эти невольники через Крым продавались в Османскую империю, которая использовала их в различных отраслях своего народного хозяйства. Подобная тактика, такой образ жизни обеспечивался, как писалось в советской исторической науке, не хищнической природой государства, а объективной необходимостью. Урожайность в Крыму была низкая, население было плотным, и часто именно голод толкал на осуществление этих захватнических походов. Не приведя невольников на невольничий рынок, татарин сталкивался с угрозой голодной смерти. Но трудно требовать того, чтобы это понимали соседи Крымского ханства.

В информации российских послов, которую они собирали о состоянии дел в Крымском ханстве и пересылали в Москву, можно нередко встретить: в Крыму хлебный недород, хлеб ныне дорог, что татаровя, как писалось тогда, с голоду едят лошадей, в набег им идти не с чем, потому что массовый падеж скота. Эти бедствия аграрного, экономического плана случались достаточно часто.

Тем не менее это давало повод Московскому государству вырабатывать свою политическую линию. Если мы прочитаем в любой популярной литературе, это была тяжелая, изнурительная борьба, которая велась по нескольким направлениям. Это и строительство мощных оборонительных линий, так называемых засечных черт, строительство которых началось еще в XVI веке, во времена Ивана Грозного. Во времена Смуты они были повреждены, единой оборонительной линии не было. И после Смуты она начинает постепенно восстанавливаться. В 1630-х годах начинается строительство Белгородской черты. Так эта система черт, которая состояла из валов, засек, постепенно ползла на юг.

Эта тактика, когда Московское государство сдерживало наступательный потенциал Крымского ханства, принесла свои плоды. В записках русских дипломатов в Крыму мы можем почерпнуть такие сведения, что татары между собой говорят: «Трудно стало ходить на великого государя Украйны, потому что широкий вал, и засека, и города, засаженные людьми, стоят на пути этих походов». Это был военный аспект российской политики в отношении Крыма, он нам хорошо известен.

Но был и дипломатический аспект, политический, который известен нам значительно меньше. И многие проблемы еще ждут своих исследователей из рядов отечественных ученых. Крымское ханство является постоянным соседом, и нужно вырабатывать различный инструментарий сотрудничества с ним. В Москве должны были строить и какие-то политические планы. В первой половине XVII века мы таких планов наблюдать не можем: слишком слабо было тогда Московское государство, которое принимало чувствительные удары от Крымского ханства во время Смоленской войны 1632–1634 годов, во времена Смутного времени, когда Василий Шуйский звал на помощь татар, но особой помощи не получал, кроме разорения русских уездов. Но во второй половине XVII века ситуация постепенно меняется.

После вхождения в состав России Украины позиции русского государства на международной арене значительно укрепляются. И в 1667 году, когда было заключено Андрусовское перемирие с Польшей, положившее конец вооруженной борьбе за Украину, в Москве начинают задумываться, как бы нам попытаться завлечь в орбиту своего влияния и Крымское ханство. Известный русский дипломат Афанасий Ордин-Нащокин разработал план привлечения Крымского ханства к трехстороннему союзу с участием Польши и России. Это была попытка вывести ханство из-под традиционного влияния Стамбула. И в 1669 году в Москву прибывают крымские послы, с которыми ведутся достаточно интенсивные переговоры. Встречным условием, которое они выдвинули, была уплата так называемых поминков, зафиксированная дипломатически. Россия и раньше выплачивала суммы, в Москве трактовавшиеся как подарок крымскому хану, в Бахчисарае трактовавшиеся как дань в счет набегов. Суммы были значительными — от 8–10 тысяч рублей ежегодно. Хороший каменный двор в Москве со всеми постройками стоил от полутора тысяч рублей. Можно спроецировать стоимость таких поминков. И это не считая выкупа пленников из крымской неволи.

Крымские послы сначала согласились с такими условиями, но Бахчисарай затем отказался этот договор ратифицировать, вернувшись к традиционной модели отношений, отказавшись от посредничества России в отношениях с Польшей. Идея эта не умерла, к ней русская дипломатия вернется в начале 1670-х годов, хотя это известно мало и в науке. Все завершилось в 1681 году, когда закончилась война Крымского ханства с Османской империей, которая велась с середины 1670-х годов. И центральным событием были бои за Чигирин.

Просматривая посольские книги, я обнаружил, что тексты договоров, которые разрабатывались Ординым-Нащокиным, вновь были востребованы российскими дипломатами, просматривались, был готов план предложить Крыму союзнические отношения. Вновь это не увенчалось успехом. Был заключен новый традиционный мирный договор, и после него российский посланник поехал в Бахчисарай и повез хану казну за три прошедших года, которую требовала крымская сторона при заключении мира.

Ситуация изменилась в 1683 году, когда началась война коалиции европейских держав с Османской империей, и Крым должен был выступать как союзник на ее стороне. Россия вела активные переговоры о присоединении к этой коалиции. И союзники рассчитывали, что Москва возьмет на себя крымский фронт, отсечет правую руку турецкого султана. И в Москве прекрасно понимали, чего от нее хотят. Но политические концепции руководившего тогда российской дипломатией Василия Васильевича Голицына были несколько иными. Мы знаем, что в итоге был заключен мир и договор с Польшей, фактически Россия присоединилась к этой христианской священной лиге, но действовала совсем не так, как ожидали ее союзники.

Не успели высохнуть чернила на договоре с Польшей о Вечном мире и союзе, как через посредство украинского гетмана Москва попыталась передать в Крым свои предложения о переходе под верховную власть царя. В Москве рассчитывали, что Крым, который опасается возможных последствий войны против него коалиции, задумается об этом и попытается отступить от султана и перейти под верховную власть России. Это автоматически означало прекращение выплаты унизительных поминков и значительное расширение своего влияния. Впоследствии такие же требования были сформулированы в секретной инструкции, которую Голицын получил накануне первого Крымского похода. Крымский поход закончился неудачей: из-за жары и засухи войско повернуло назад.

Рекомендуем по этой теме:
9355
Персидский поход Петра I

Зачем Голицын вообще пошел? Кто-то говорит, что он рассчитывал завоевать Крым, татар уничтожить, поселить какие-то другие вассальные по отношению к России народы. Кто-то говорит, что Голицын искал варианты укрепления своего внутриполитического положения. Как мне представляется, не было цели завоевания Крыма. Это была военная демонстрация, чтобы заставить хана принять условия перемирия. Программа минимум — это отказ от дани, программа максимум — это принятие российского протектората. Попытки провалились, и планы эти не реализовались.

Новые идеи появляются в инструкциях, которые посылают новому резиденту для ведения переговоров с Портой и Крымом. Речи уже нет о принятии подданства, речь идет об отказе выплат так называемых поминков. Вновь эти условия появляются в инструкциях российскому послу в 1692 году. Но хан этих условий не принял, посол провел три года в плену. В 1695 году Россия уже не готова была вести переговоры, потому что Петр I начал свои знаменитые Азовские походы.

В 1700 году заключается Константинопольский мир с Османской империей, по которому Османская империя подтверждает отказ своего вассала Крыма на эти поминки. Идея перехода Крымского ханства под верховенство России не умерла и возникает снова после Прутского похода в 1712 году. Это показывает, что у России, помимо военных решений, был накоплен богатый опыт инкорпорации соседних народов в состав страны различными средствами военного, дипломатического давления: это Башкирия, Астрахань, Калмыцкая орда. И какие-то подобные планы существовали в Москве в отношении Крымского ханства.

Казалось бы, краткосрочные цели в отношении Крыма были достигнуты, но и забывать о том, что существовали цели более широкие, тоже не следует. Свидетельство этого — то, что планы перехода Крыма под влияние России появляются после 1712 года, после неудачного Прутского похода.