Почему некоторым достается так много, а другим — так мало? Справедливо ли это? И была бы наша социальная жизнь лучше, если бы неравенства было меньше, или оно возникало бы на других основаниях? И сколько вообще типов неравенства существует одновременно? И надо ли нам как политическому сообществу что-то предпринять по какому-либо из этих поводов?

Теории социальной стратификации возникают как попытка подойти к ответу на эти вопросы так научно, как это представляется возможным. Во многих отношениях теории стратификации — это центральная, самая социологическая область социологии. За исключением, возможно, Мида, который никогда не называл себя социологом, все классики дисциплины так или иначе оставили свой след в ней. Именно в ней впервые испытывались статистические методы наподобие множественной регрессии и логлинейного анализа таблиц, которые в дальнейшем стали частью универсального социологического арсенала. И именно она, как никакой другой раздел социологии, оказалась на перекрестке разных других областей исследований — от изучения науки (Мертон, Бурдье) до анализа эволюции хороших манер и гигиенических привычек (Элиас). Ниже — список из пяти книг, заложивших основы социальной стратификации.

Рекомендуем по этой теме:
53193
Понятие габитуса

1

Веблен Т. Теория праздного класса. М.: Прогресс, 1984

Веблен был американским Базаровым, обличавшим «праздный класс» наследственных богатых с их упаднической культурой и мечтавшим о том, чтобы вся власть досталась инженерам как интеллектуальному авангарду производительных классов. Само противопоставление производительных классов паразитическим, которое определяет его политическую философию, можно проследить до Средневековья. Однако Веблен с его поразительным талантом социального карикатуриста выделил характерные черты стиля жизни «паразитических классов», такие как «демонстративное потребление» и «демонстративная праздность», которые стали частью нашего обыденного словаря. Более важно в теоретическом смысле то, что он заложил основы изучения связи богатства с классовой культурой, которая позволяет привилегированным слоям защищать свои границы от проникновения новых людей, легитимировать свое превосходство и передавать его по наследству детям.

2

Вебер М. Хозяйство и общество. Издательство Высшей школы экономики, 2016

Не считая «Капитала» Карла Маркса (который так известен, что его нет смысла вносить в этот список), книга Вебера, вероятно, самый влиятельный в истории социологии труд по теории стратификации. Это тем более удивительно, что стратификации в ней посвящено порядка десяти страниц. Вебер, скончавшийся от пневмонии в 1920 году, не успел закончить свой opus magnum. Тем не менее он оставил нам в наследство набор категорий, таких как класс, статус и партия, заложив основу словаря социологии стратификации.

3

Уорнер У.Л., цикл «Янки-Сити»

«Янки-Сити» — это на самом деле не книга, а целая серия книг, своего рода социологический сериал, длившийся три десятилетия — с начала 30-х до конца 50-х. И написал ее не Уорнер или, вернее, не только он, а еще и целые когорты молодых американских социологов под его руководством. Уорнер задался целью описать социальную организацию современного ему американского городка с такой же систематической педантичностью, с какой хороший криминалист описывает место преступления. Его книги действительно содержат поразительное разнообразие сюжетов — от того, как обитатели Янки-Сити справляются с «часто испытываемым, но редко признаваемым удовольствием хорошенько посидеть на горшке», до места культа президента-мученика Линкольна в американской гражданской религии.

Однако, какова бы ни была роль горшка и президентских выборов, центральным стержнем, организующим современное сообщество, является его классовая система. Класс в современных обществах играет ту же роль, какую играет родство в примитивных. Он определяет наиболее фундаментальную форму социальной принадлежности. Класс — самая важная характеристика индивида в американском обществе, которая только на юге соседствует с сопоставимой по значению расой. В отличие от систематизатора Вебера и проповедника Веблена, эмпирик Уорнер стремился описать детали классовой системы Янки-Сити во всей ее внутренней противоречивости и несогласованности, которые никоим образом не преуменьшают ее важности.

4

Peter M. Blau, Duncan O. D. American Occupational Structure. SIMON & SCHUSTER, 1978

В вышедшей в 1973 году книге «Теории и теоретические группы в американской социологии» Николас Маллинз сделал несколько предсказаний о будущем современных ему социологических течений. Большинство из этих предсказаний оказались неточными, хотя и в общем правильными, но одно было абсолютно точным и при этом совершенно ошибочным. Маллинз напророчил превращение «новой каузальной теории», представленной Данканом и пропагандировавшей использование передовых по меркам того времени методов множественной регрессии, в одну из влиятельных школ мысли. Фактически НКТ оказалась настолько успешной, что превратилась в социологический мейнстрим, само название вышло из употребления за ненадобностью, а Данкан, которого с хорошими основаниями можно считать самым влиятельным социологом второй половины XX века, довольно основательно забыт. Примерно 95% эмпирических статей в ведущих социологических журналах будут содержать современные версии методов, мощь которых Данкан и его коллега Блау продемонстрировали на данных о детерминантах профессионального статуса.

Для поколений социологов книга Блау и Данкана стала образцовой работой, по своему значению сопоставимой с «Самоубийством» Дюркгейма. Эмпирически Б&Д задались вопросом о факторах, которые позволяют предсказать профессиональный статус индивида, измеренный от 1 до 100, в данный момент времени. В число факторов входили образование и профессиональный статус отца, собственное образование индивида и статус его первой работы (модель рассчитывалась только для мужчин, поскольку большинство замужних женщин в США 60-х не работали). Б&Д показали, что эти факторы располагаются в своего рода каузальной последовательности: образование отца влияет на статус занятия отца, а статус и занятие отца влияют на образование сына, образование сына и образование отца влияют на статус первой работы сына, наконец, образование сына и статус его первой работы, но не образование и статус работы отца существенно влияют на статус его нынешнего занятия — вес предыдущего фактора в этой цепочке аннулируется появлением следующего.

5

Бурдье П. Различение. М.: РОССПЭН, 2004

Книга Бурдье в каком-то смысле соединяет воедино темы изысканий всех предыдущих персоналий в этом списке. Бурдье заимствует у Вебера определение того, что является, с его точки зрения, центральной интригой в теориях стратификации — отношениями между экономическим по своей природе классом и основанной на стиле жизни статусной группой. Как и Блау и Данкан, он придает особое значение межгенерационной социальной мобильности. Как и Уорнер, он уверен, что класс является центральным институтом современных обществ. Наконец, как и у Веблена, основным предметом его интереса являются особенности классовых культур, которые становятся инструментом проведения социальных границ. Главный тезис теории стратификации Бурдье — дети элиты обычно вновь оказываются наверху социальной иерархии, а дети рабочего класса — внизу не за счет прямого наследования, а за счет того, что обобщенный социальный опыт их группы транслирует им особый габитус, который маркирует буквально все, что они делают, — от выбора темы дипломной работы до выбора алкогольного напитка и от любимого цвета до позы, в которой они сидят на стуле. Представители разных классов распознают друг друга на почти инстинктивном уровне и преисполняются снисходительного презрения (если распознаваемый стоит ниже них) или почтительной отстраненности (если он стоит выше). Сегодня элиты обеспечивают будущее своего потомства, оставляя ему в наследство не деньги или ценные бумаги, а габитус.