Собор в готическом стиле — это не только достопримечательность и храм христианской религии, но и объект пристального изучения историков и исследователей культуры. Литературу по этой теме рекомендует кандидат исторических наук Олег Воскобойников.

1

Муратова К. Мастера французской готики XII–XIII веков (Искусство, 1988)

По готическому собору существует огромное количество литературы на всех возможных языках, но в России это единственная самостоятельная интересная книга. Она хорошо иллюстрирована и сочетает в себе самые разные подходы и классического историка искусства, и историка мысли. В ней есть разбор как теории, так и практики готических мастеров, их работ и богословия — как религиозного фона, стоящего за этим искусством.

.

2

Панофский Э. Готическая архитектура и схоластика // Перспектива как символическая форма. Готическая архитектура и схоластика (СПб.: Азбука-классика, 2004)

Вообще Панофский больше занимался ренессансным искусством и отчасти теорией искусствознания, а о готике он начал писать после Второй мировой войны. В это время было поветрие в науке заниматься этой самой готикой: за 10 лет вышло 10 великих книг.

Это классическая, но спорная, часто критикуемая серия лекций Панофского, где он пытается найти некий умственный настрой — mental habit, — который лежит в основе одновременно и готического искусства, и схоластики, потому что эти два явления в духовной истории Средневековья совпали и во времени (XII–XIII века), и в пространстве.

Спорность в том, что Панофский пытается «прочесть» собор как схоластическую сумму. Он говорит, что и там, и там всё упорядочено, всё чётко раскладывается: тезис, антитезис, синтез. Давайте посмотрим на архитектурные формы: вот арки, они идут одна за другой, складываются в некую схему: первый этаж, второй, третий. Вот окно поменьше, вот еще меньше, всё соотносимо, во всем есть логика числа, пропорций.

Он прав, что хорошая архитектура всегда упорядочена, но проблема в том, что схоластические суммы создавали одни люди, а соборы — другие, и не было никаких министерств культуры и архитектуры. Он старается уйти от этой трудности: мы можем представить себе, что схоласты бывали в соборе и как-то вдохновлялись. Но мы с вами тоже бываем в магазине, но почему-то торгуем не все. Такие параллели в науке далеко не всегда крепко стоят на ногах. Но Панофский был очень яркий человек, эрудированный до невозможности: читал по латыни так же, как и по-немецки и по-английски. Обаяние его творчества, конечно, поразительно.

3

Панофский Э. Аббат Сюжер и аббатство Сен-Дени // Богословие в культуре Средневековья (Киев: Христианское братство «Путь к истине», 1992; в книге также содержится первое эссе Панофского)

Имя аббата Сугерия у нас неправильно перевели как Сюжера. Он управлял аббатством Сен-Дени, королевским монастырём неподалеку от Парижа, где в первой половине XII века возникло то явление, которое сейчас мы называем готической архитектурой. История храма этого аббатства такова, что на ней более-менее точно можно показать, как романская форма сменяется готической, и какие политические, мировоззренческие основания лежат в основе этих архитектурных метаморфоз. Вот это Панофский и попытался реконструировать в этом эссе.

Он считает, что Сугерий изобрел некую архитектурную форму и связал ее с идеологическими, говоря современным языком, категориями. Проекция этого открытия развивается уже в классических соборах Франции второй половины XII века. В XIII веке наступает уже время интернациональной готики, когда этот словарь архитектурных и мировоззренческих форм переходит границу капетингского домена, вместе с расширением Франции переходит в Англию, Германию и даже в Италию.

Конечно, Панофского критиковали за редукционизм: мол, он попытался всё свести к параллелям между архитектурными и живописными образами и текстами. Но никто не может отрицать места этого эссе в истории готики или места Панофского вообще в истории искусства, в частности средневекового. Это был по-настоящему тонкий человек, из лучших эрудитов XX века, о чем до сих пор хорошо помнят в Принстоне, где я застал некоторых его учеников.

4

Recht R. Le croire et le voir. L’art des cathédrales au XII–XV siècles (Paris, Gallimard, 1999)

Английский перевод: Recht R. Believing and Seeing: The Art of Gothic Cathedrals (University Of Chicago Press, 2010)

За последние годы эта книга — самое яркое явление в исследованиях готического собора. В 2000-м году она в хорошем смысле нашумела во Франции (я тогда даже перевёл её на русский и надеюсь в скором времени издать). Рехт — очень интересный историк искусств, за эту работу он получил ни много ни мало кафедру в Коллеж де Франс.

Книга представляет собой, наверное, самый современный синтезирующий взгляд на собор как на театр веры, театр памяти и великую стройку последних веков Средневековья. Стройку, если угодно, в метафорическом смысле: как место апробирования новых идей. Рехт исследует, как эти новые идеи отражаются не только в архитектуре, но и вообще в изобразительном искусстве, бытовавшем внутри храмового пространства, а это и витражи, и скульптуры, и предметы литургического обихода.

5

Sedlmayr H. Die Entstehung der Kathedrale (Zürich, 1950)

Ганс Зедльмайр прожил долгую и непростую жизнь. Профессор истории искусства в Вене, он лишился кафедры за связь с нацизмом, потом был восстановлен в Мюнхене. В послевоенные годы он написал большую, в 600 страниц, книгу «Возникновение собора», своего рода научную исповедь, разговор с самим собой, с учениками, с коллегами, созерцающими пепелища на месте великих храмов старой доброй Европы. Эта книга сама строит собор, восстанавливает руины. Она разделена на почти две сотни глав; словно «Божественная комедия», эта книга архитектурна, иерархична, по-своему упорядочена. Для автора собор — это мечта, какой он был и для романтиков, но только Зедльмайр — настоящий ученый, замечательный философ и историк искусства, оказавшийся, мягко говоря не в ладах с веком.

Эта книга не переведена ни на один язык, даже на английский. Но специалисты о нём знают, и ученики его живы. У нас о.Стефан Ванеян, профессор МГУ, перевел ряд его работ, в том числе несколько глав о соборе, и написал о нем книгу. Есть также перевод его «Искусства и истины» в исполнении Юрия Попова, который мне нравится, пожалуй, больше. Так или иначе «Возникновение собора» оказало незаслуженно слабое влияние даже на Западе.