Когда проблематика виртуальной реальности оказалась в поле исследований психологов? Как подмена реальности может влиять на человека? И каковы перспективы исследований социально-психологических эффектов от применения новых технологий? Об этом рассказывает доктор психологических наук Владимир Спиридонов.

Виртуальная реальность оказалась второй реальностью, и как только эти устройства достигли хоть какой-то степени совершенства, выяснилось, что эта проблематика попала в очень богатое и старое поле. Выяснилось, что и психологи, и философы, и социологи много сотен лет обсуждают другие социальные реалии — социально-психологические, — которые попадают в этот контекст. Например, феномен игры: когда вы играете и погружаетесь в игру с головой, вы не помните ни себя, ни времени.

Рекомендуем по этой теме:
86151
5 книг о когнитивной психологии
Когда эта проблематика, уже в компьютерную эпоху, 15-20 лет назад, стала более или менее ясной, стало понятно, что компьютерными средствами смоделирована очень важная психологически конструкция. Вспоминая Хайдеггера, реальность бывает сильной и слабой. Слабая виртуальная реальность — когда вы помните, что вы вне, то есть куда-то вошли, и помните, что это игрушка. А сильная реальность — когда вы теряете различия между нею и реальной реальностью. Сновидения — это пример сильной виртуальной реальности.

Инженеры, компьютерщики конструируют новую реальность, и возникает вопрос: «а какая реальность на самом деле лучше?» В такой ситуации, при полноте ощущений в бою или при движении в какой-то сложной игре в городе, в сложном взаимодействии, вопрос: «надо ли возвращаться?» В этом отношении прогресс есть и будет колоссальным, но психологическая подкладка и, наверное, всякая другая — философская, социологическая — должны активно обсуждаться. Это устройство такого уровня совершенства и мощности, что они уже перестают быть просто техникой. Они становятся значительно более хитрыми, сложными социально-психологическими, психологическими технологиями.