Решение проблемных ситуаций специалистами — важный для психологов мышления раздел исследований. В английском языке таких людей называют «эксперты» — люди, которые в своих областях достигли существенных результатов. За много лет исследований психологи поняли, что, сравнивая экспертов с новичками, мы обнаруживаем огромное количество психологических различий. Стандартная процедура изучения экспертов — сравнение их с новичками, которые вступили в схожую область, но еще не достигли особенных результатов и мастерства.

Предметом изучения психологов становились разные специалисты: врачи, управленцы, шахматисты, военные, политологи, программисты. Все это области, где можно поставить конкретные задачи, а затем сравнить между собой эффективность их решения, последовательность и стратегии. За много лет психологи нащупали три зоны, в которых можно видеть отличия экспертов от новичков. Первая — репрезентация (представление) проблемной ситуации. Второе — стратегия решения. Третье — стратегии контроля или самоуправления.

Самые понятные результаты получили при изучении репрезентации — набор знаний, активирующихся в ходе решения задачи. Первые работы, которые много лет назад попытались сделать психологи, были неудачными. В 1925 году в Москве проводился крупный шахматный турнир. Из двенадцати лидеров мировых шахмат на тот момент десять были в Москве, и они согласились посвятить день исследованию психологов, которые целый день искали отличие супергроссмейстеров от людей с улицы. Удивительным образом психологи ничего не нашли. В работе 1926 года эта группа психологов фиксировала, что они не обнаружили отличий супермастеров от средней выборки. Через много лет стало понятно, почему это происходило: они искали не то.

Найти отличия в мышлении профессионалов — занятие нетривиальное. Только через 50 лет после первых исследований психологи нащупали зоны, где нужно искать отличия. Первым прорывом была работа Герберта Саймона, впоследствии нобелевского лауреата, с коллегами, которые взяли шахматистов низкой квалификации и более высокой — от второго разряда до гроссмейстеров. Ученые демонстрировали расставленные на доске позиции на 15 секунд, после чего закрывали эту позицию и просили на пустой доске повторить ее. Если шахматист не мог с первого раза, ему показывали еще раз. Саймону и коллегам сразу стало понятно, что эксперты более эффективны, чем новички: они быстрее расставляют позиции правильно. Мастеру спорта чаще требуется одна попытка, чтобы все увидеть, но это понятный результат. Интересный результат заключался в том, что психологи записывали последовательности фигур, которые выставлялись на доску, и выяснили, что шахматисты выставляют фигурки не по одной, а некоторыми объединениями, связанными по смыслу. Саймон назвал такие группы чанками (в переводе на русский — клецки). Шахматный профессионал представляет позицию как набор осмысленных частей, из которых позиция складывается или на которых раскладывается.

Дальше Саймон посчитал чанки у новичков. Выяснилось, что они используют 300–400 чанков. Для профи посчитать не было возможности, потому что получались слишком непохожие комбинации фигур, поэтому ученые построили математическую модель. У Саймона получилось, что количество чанков эксперта в 1000 раз больше, чем у новичка. Вывод из первых работ был ошеломительный. Максимально разные репрезентации означали, что эксперт видит на доске другое: у эксперта набор фигур и доска репрезентированы иным образом. После этого ученые вступили в зону анализа профессионального опыта и мышления. Саймон нашел методический прием, как искать различия в репрезентации. Человек выставляет эти собрания фигур (констелляции) через паузу. Оказалось, что такой метод действует в других областях. Когда специалисты, решающие физические задачи, по просьбе психологов вспоминают уравнения, которые нужно использовать, они выделяют их таким же образом: пачка уравнений — пауза — пачка уравнений — пауза. Чанкование и способ репрезентации знаний в профессиональной памяти — вещи универсальные, хотя по содержанию чанки абсолютно разные. Репрезентация — первое, что можно различить у экспертов и новичков. Эксперты представляют любые проблемные ситуации как конкретные случаи с принципиальными связками, на которые нужно обратить внимание.

Рекомендуем по этой теме:

Группа психологов под руководством Мишлин Ши сделали работу по другому методу, но в той же области. Они просили студентов — новичков в физике и преподавателей с многолетним стажем классифицировать физические задачи, не решая их, — задачи из учебника физики, с которым никто из выборки не работал. Дальше происходило сравнение этих классификаций. Без сомнения, эксперты классифицируют задачи лучше. Принципиальных отличий классификаций экспертов от классификаций новичков несколько. Во-первых, они были непротиворечивыми, задачи аккуратно раскладывались в разные непересекающиеся классы. У новичков такое получалось не всегда. Во-вторых, у экспертов в качестве основы для классификации выступал базовый физический принцип, поэтому такая классификация не только представляет собой деление задач, но задачи автоматически выглядят решенными. Задачи не решены, но мы уже понимаем, что в них делать для решения. Хорошие экспертные классификации представляют собой удобный инструмент, который помогает сразу сориентироваться в проблемной ситуации. Такой же признак психологи обнаружили у врачей-диагностов. Врач должен быстро поставить правильный диагноз, потому что от этого зависит жизнь больного. Врач собирает информацию, но он не может позволить себе слишком долго заниматься диагностикой. Психологи обнаружили у врачей-диагностов высокого класса особенность, которую они назвали скриптом болезни, — типическое описание, которое включает в себя разные вещи. До сих пор психологов поражает, что опытные диагносты вопреки принципиальной медицинской премудрости, которой их учили в вузе, опираются в своей диагностике и на поверхностные характеристики болезни: пол, возраст, образ жизни пациента. Опираются на вещи, которые к биохимии и физиологии мало имеют отношения. Выяснилось, что чем опытнее врач-диагност, тем больше в своих скриптах болезней он опирается на поверхностную информацию. Это не значит, что врач не опирается на медицинскую информацию, но поверхностная информация все больше включается в работу.

Вторая часть исследований профессионалов обнаружила у них наличие устойчивых стратегий решения проблемных ситуаций. Это набор конкретных, воспроизводимых действий, которые приводят к более-менее сравнимому классу результатов. Это скорее набор эвристических процедур, которые позволяют произвольно двигаться в рамках проблемной ситуации, чем алгоритм в программировании. Во-первых, даже если эти стратегии не осознаны и сам профессионал не может их точно объяснить, они устойчивы и переносятся из одной проблемной ситуации в другую. Во-вторых, эти стратегии заточены под конкретные случаи. У программистов есть устойчивые стратегии работы с задачами разного рода, как и набор решений у шахматистов для разных позиций. Психологи выяснили, что все стратегии оказываются предметно отнесенными. Профессионал не должен разбираться во всех сферах жизни. Он всегда узкозаточенный специалист.

Последнее, что ученые зафиксировали по поводу профессионалов, — корреляция уровня специалиста и его устойчивости в проблемных ситуациях. Чем выше ранг специалиста, тем лучше он справляется с проблемными ситуациями. Профессионалы высокого рода тратят больше времени, чем новички, на ранних этапах, чтобы разобраться с устройством проблемной ситуации. Они не экономят времени на ранних этапах, чтобы сориентироваться и исследовать проблемную ситуацию. Новички чаще всего действуют противоположным способом: они сразу погружаются в решение. Специалисты, глядя на проблемную ситуацию, лучше предсказывают возможные трудности. Также опытные решатели лучше, чем новички, фиксируют свои реальные действия в проблемной ситуации. Они помнят, какого рода попытки предпринимали в ходе решения. В этом отношении они отличаются, потому что обращают внимание на свои промежуточные результаты.

Специалисты высокого уровня сильно отличаются от новичков в трех разных областях. Первое: у них иначе устроена репрезентация проблемных ситуаций. Второе: они отличаются стратегиями решения, которые дополняют типические репрезентации. Третье: они отличаются методами самоуправления в ходе решения. Я еще раз подчеркну, что специалисты являются профессионалами только в своих областях. Идея, что ученые могут управлять государством, а государственные деятели проводить научные исследования, — ахинея.