Помимо генеалогических нарративов, которые были призваны через связь с иным миром включить элиту неирландского происхождения в контекст ирландской мифологии, истории и мифографии о Туата Де Дананн начиная с XIV века получают новый импульс после «Разговора стариков» за счет того, что они стали включаться в общеполитический контекст. Это происходило из-за необходимости сформулировать понятие ирландскости и на основе этого консолидировать идентичность. Именно в текстах этого периода особенно эксплицитно подчеркивается, что Туата Де Дананн — это люди из плоти и крови, они смертны. Их бессмертие достигается нелинейным хронотопом иного мира или техническими средствами: особыми медикаментами, специальными ягодами или плодами. Моменту объяснения, почему Туата Де Дананн смертны, тексты уделяют все больше внимания.

Туата Де Дананн начинают эксплицитно заявляться как ирландцы и как мужи Ирландии. Это связано с тем, что понятие ирландскости именно в это время переживает новое осмысление. Помимо собственно гэльских семейств, гэльского населения и англонорманнского населения, появляется английская интервенция, в XVII веке — англо-шотландские поселенцы, и становится понятно, что именно контекст ирландскости (irishness), должен включать в себя и англонорманнов и гэлонорманнов. Вместе теперь они будут составлять новое понятие мужей Ирландии.

Рекомендуем по этой теме:
1811
Туата Де Дананн и якобиты

Лучшего способа продемонстрировать инклюзивность не существовало, как показывать ее на взаимодействии двух разных обитаемых миров. В такого рода текстах Туата Де Дананн эксплицитно постулируются смертными людьми из плоти и крови, постулируются именно как ирландцы, которые пусть и живут в подземном мире, не всегда линейно себя ведут, но все же ирландцы и патриоты Ирландии. Туата Де Дананн выступают на стороне ирландцев в политических и религиозных конфликтах. Это история про включение изначально иноэтничной и иноязычной элиты в контекст ирландской идентичности в противопоставление к новым и враждебным пришельцам.

Естественно, перерабатываются и переписываются тексты, которые уже известны в традиции. Например, как раз в это время делаются вставки в древнеирландские тексты «Опьянение уладов» или «Осада Друм Дамгайре». Самая ранняя версия последнего относится к XV веку. В нем друиды из Туата Де Дананн вынуждены посещать Кормака Макарта и принимать участие в военных действиях на стороне одного из ирландских королей. Характерно, когда воспитанник Кормака совершает преступление по отношению к девушке из Туата Де Дананн, они сперва просят суда по брегонскому праву и ведут себя как нормальные истцы в суде. Только потом, когда им отказывают в правосудии, они начинают с полным правом мстить проклятиями и наведением болезней. То есть это нормальная юридическая разборка, переходящая в нормальную же месть, с точки зрения носителя традиции, человека, который слушает этот текст.

Во всех этих историях Туата Де Дананн выступают хранителями и гарантами правильного, законного, должного положения вещей по ирландским, по гэльским законам и традициям. Например, переписывается кусок из «Разговора стариков» о битве при Вентри. В оригинале это грустная история любви: на фоне событий происходит битва, которая нужна только за тем, чтобы в нужный момент главный герой отправился добивать врагов, был бы ранен и утонул в метре от берега, а его возлюбленная, с которой они уже успели пожениться, умирает от горя, и их хоронят вместе в одной могиле.

В XV веке по заказу некой Сайв — это была дама очень хорошего гэльского происхождения, которая вышла замуж за гэлонорманнского аристократа, — этот текст переписывается. История любви уходит на задний план, и произведение превращается в эпичное батальное полотно со спецэффектами, где на Ирландию нападают войска королей всего мира, ирландцам приходится очень туго, и они решают отправиться за подмогой к Туата Де Дананн. Туата Де Дананн им отказывают, но их начинают стыдить, говорят: «Слушай, а ты вообще мой дедушка по маме, а на твой дочери я женат, а у тебя в доме я воспитывался». Все они одна большая счастливая дисфункциональная семья. Нет такого ирландского героя, который не был бы хотя бы на четверть Туата Де Дананн, или не женился бы на девушке из Туата Де Дананн, или не послал бы своих сыновей жить у них. И Туата Де Дананн соглашаются воевать и обеспечивают ирландцам победу. Когда противник смотрит на это неожиданное подкрепление, он спрашивает у проводника — а проводник тоже Туата Де Дананн, — что это за люди. Он отвечает, что это Туата Де Дананн, мужи Ирландии, которые боятся солнечного света и живут в подземной Ирландии, но тем не менее такие же ирландцы, ничем не отличаются от обычных ирландцев и будут воевать за Ирландию.

Этот текст меняется, потому что он должен рассказывать о значимости смешанных браков и общей генеалогии. Потому что если Туата Де Дананн и Сыновья Миля могут породниться до такой степени, чтобы быть одним народом, то, соответственно, и гойделы с англонорманнами вполне могут породниться так, чтобы не было уже смысла делить ирландцев на тех и других.

Есть еще прекрасная история — «Керн в полосатом плаще». Она о том, как Мананнан мак Лир — он же Орбсен мак Аллод, верховный король Туата Де Дананн и Ирландии — инкогнито посещает ирландских вельмож. Текст написан в 1537 году, при жизни Аэда О’Доннелла, одного из тех, кого Мананнан посещает, то есть одного из протагонистов. Или сразу же после его смерти по инициативе прямого наследника. Мы видим абсолютную установку на достоверность. Суть истории в том, что Орбсен проверяет разных ирландских владык на то, насколько они способны соблюдать древнюю ирландскую вежливость по старым обычаям, и они в массе своей проваливаются. За это они получают наказание. В конечном итоге он их милует и остается удовлетворен только одним из мунстерских лордов, которому в награду и рассказывает правду, кто он на самом деле есть, и делится воспоминаниями о тех временах, когда он в этих же местах был вместе с фениями. Эта история очень показательна не только тем, что верховный король Туата Де Дананн клянется Святой Троицей, но и тем, что он выступает носителем и хранителем правильной старой ирландской этики, правильной гэльской этики. И владыкам предстоит пройти своего рода тест на то, насколько прилично они ведут себя для потомков ирландских королей.

Самое интересное, что О’Доннелл по этому параметру провалился, причем достаточно крупно. Он решил подарить верховному королю Туата Де Дананн подарок. А подарки по брегонскому праву могут дарить только вышестоящие нижестоящим, то есть этот подарок — автоматическое оскорбление. Несмотря на то что О’Доннелл тест завалил, его потомок любил эту историю. Когда он посещал францисканский дом, которому покровительствовал, то просил, чтобы ему регулярно ее рассказывали. Михол О’Клири, поэт, историк и один из потомков тех, кто, согласно преданию, находились при дворе О’Доннелла и тоже наблюдали визит Мананнана, составил новейшую авторскую редакцию «Книги захватов Ирландии», где очень много писал про Туата Де Дананн и почему вера в Туата Де Дананн — это нормальный и богоугодный ирландский патриотизм.

Рекомендуем по этой теме:
8217
Социология «Песчаных революций»

Когда мы анализируем его тексты, то видим, что человек не просто включен в традицию и хорошо ее знает, но включен в традицию на уровне не исторической, а семейной памяти. То есть это все история о его деде и прадеде, которые, согласно преданию, были свидетелями непосредственного контакта с иным миром, и для них это воспринималось как вполне нормальное явление. Будучи уже клириком, уважаемым историком, который занимается компиляцией, редактурой древне- и среднеирландских рукописей и составлением глобального мифографического корпуса, О’Клири с этих позиций и будет писать.