В проекте «Как поступить» совместно со Сколтехом разбираемся, что такое коммерциализация, можно ли совмещать занятие наукой и бизнесом и из кого состоит успешная команда.

Николаев: Серьезная научная деятельность — это один тип деятельности. Также существует деятельность по коммерциализации. Под этим мы понимаем поиск той потребности, того сегмента рынка, способа, как донести информацию о существующей у нас разработке до этого сегмента рынка, как построить бизнес-модель. Это два типа деятельности, и они в значительной степени различаются. Можно ли заниматься наукой и коммерциализацией одновременно? Теоретически, может быть, да — если человек, который этим занимается, одинаково хорошо владеет и той и другой сферой деятельности.

Кулиш: Когда мы рассказываем ученым про ценность инноваций и ценность философии инноваций, мы объясняем, что если вы только делаете эксперименты и думаете об инновациях, то ваши изобретения и открытия попадут в хороший научный журнал, но, возможно, никогда не дойдут до общества. Вы должны приложить некое усилие в переводе своих научных фундаментальных результатов в практическую плоскость. На это надо тратить время. Наступает момент, когда серьезный ученый понимает, что часть его жизни будет состоять из экспериментов и научного осмысления, а другая часть — в практическом воплощении научных результатов на деле.

Николаев: Идеальная команда людей, занимающихся именно разработкой коммерциализируемого продукта, сервиса, технологии, базово состоит из трех ключевых ролей. Первая роль — это все, что связано с рынком, с конечным пользователем, с выявлением потребности нашего целевого сегмента и с донесением информации о нас до этого сегмента. Второй тип деятельности — это технологии производства, то есть как это сделать реализуемым, годным для массового производства, годным для обслуживания, поддержки и, наконец, для утилизации. Третья роль заключается в том, чтобы объединить всю деятельность в нечто, что стало бы работоспособным предприятием, что стало бы работоспособной компанией, которая устойчива и развивается.

Кулиш: Если я решил заняться инновациями, на чем я должен сфокусироваться? С чего я должен начать? Два слова: прототип и патент. Чем прототип отличается от научного эксперимента? Научный эксперимент — это то, что вы делаете в своей компьютерной среде либо под тягой, что даже никому показать нельзя. Человек со стороны не может понять, что происходит, не может в этом разобраться. Только хороший ученый на основе своего аналитического склада ума и экспертизы может описать, что там происходит. Прототип — это то, что можно показать миру и спросить: «Вот скажите, вам это нравится или нет?» Это первый шаг, который отличает инноватора от ученого. Второй шаг — патент. Патент больше нужен будущим партнерам ученого. Если у вас есть знание, которое вы хотите поставить на службу обществу, то нужны деньги. Чтобы кто-то в это проинвестировал, нужны партнеры либо даже инвесторы. Поставьте себя на место инвестора. Есть чистое знание, и в него надо вложить много денег. Единственный способ хоть как-то показать инвестору, что это чистое знание будет иметь отношение к нему, —запатентовать знание. Патент — это документ, защищающий объект знания, который доказывает инвесторам и партнерам, что их финансовое участие в данном предприятии будет защищено.

Николаев: На этапе, когда мы как ученые или как инженеры-разработчики пытаемся предсказать, в какую сторону нам надо идти, мы должны пытаться предсказать эволюцию нашего целевого рынка на определенные временные промежутки. Сразу зададим себе вопрос, насколько точно будет это прогнозирование. На практике оказывается, что наиболее успешные разработки — те, что идут в непосредственном, буквально параллельном контакте со своей целевой аудиторией. Когда мы не замыкаемся в нашей лаборатории, библиотеке, кабинете, а находимся в постоянном контакте с нашей целевой аудиторией и потенциальными конечными пользователями. Без связки «продукт и потребность», которую этот продукт удовлетворяет, остальное все становится не очень устойчивым.

В качестве примера этого тезиса мы можем вспомнить, сколько у нас на телефонах, планшетах или компьютерах стоит приложений, которые мы, подвергаясь какому-то импульсному порыву, установили и потом, может быть, даже ни разу не открывали. Или же мы открыли их один раз или попользовались ими два-три раза и после этого про них забыли, и они для нас уже больше не существуют. Это пример продукта, где в какой-то момент времени благодаря усилиям маркетинга мы поставили это приложение на свое устройство. Дальше мы не нашли ценности в нем для себя. Или эта ценность недостаточна, чтобы мы помнили его, будучи перенасыщенными информацией и другими делами. Оказывается, что найти связку, что реально будет человеку приносить пользу, чем человек будет рад пользоваться на протяжении долгого времени, оказывается не столь простой задачей.

Кулиш: Самое главное, когда вы зарабатываете деньги, вы зарабатываете не бумажки и не металлические кружочки, а то, что вы на них купите. Если вы знаете, что, заработав деньги, вы сделаете новую инновацию, построите что-то ценное для общества, вы мгновенно понимаете, что надо больше денег.

Гнып: Сначала необходимо честно ответить себе: готовы ли вы разбираться в бизнесе, в каких-то бизнес-процессах, юнит-экономике, построении презентаций для потенциальных клиентов, для инвесторов? Если же вам больше интересна разработка продукта, написание программного кода, то стоит найти какого-то бизнес-партнера, кофаундера, который займется этими процессами в компании. Имеются примеры отличных фаундеров, которые имели техническое образование и при этом создавали отличные бизнесы и стояли у руля, — это фаундеры Airbnb и фаундер Facebook Марк Цукерберг. Но эти люди, изначально писавшие код, делали продукт и параллельно учились всем бизнес-процессам, общению с инвесторами, управлению командой. Поэтому если вы готовы учиться сами, то, конечно, флаг в руки: читайте, учитесь и начинайте коммерциализировать ваш продукт. Если же все-таки вам более интересно заниматься технической частью процесса, то, наверное, стоит найти кого-то в помощь в команду.