В Год музыки Великобритании и России 2019 мы вместе с Посольством Великобритании в Москве рассказываем о том, как музыка влияет на наши эмоции, помогает ли она справиться со стрессом и почему звуки застревают у нас в голове.

 

Музыкальная память — это то, как мы запоминаем музыку: песни, мелодии или ритмы. Есть ли какие-то правила для запоминания музыки? Мы хорошо запоминаем все песни или есть песни, которые запомнить легче, чем другие? Как мы запоминаем музыку, какие у нас есть для этого стратегии, как все это связано с музыкальным образованием? Разные ли у нас способности к запоминанию музыкального материала?

 

Это важно для общей психологии, поскольку изучение музыкальной памяти позволяет понять, как мы обрабатываем невербальную звуковую информацию. Музыка — прекрасное поле для таких исследований, потому что мы не можем легко придать смысл мелодическим элементам или ритмам. Музыка — это музыка: вы не можете просто так перевести ее в слова или привязать к ней визуальные воспоминания, так что это хорошая область для изучения человеческого сознания и памяти. Тем, кто преподает и изучает музыку, интересно понять, как мы подходим к обучению музыке. Есть ли стратегии, которые позволяют лучше выучить песню, закрепить ее в памяти и сыграть по памяти во время выступления? Как это лучше сделать? Почему некоторые структуры легче выучить, чем другие? Таковы общие вопросы в этой теме.

 

Изучение музыкальной памяти, если не рассматривать раннюю историю, началось в 1960–1970-х годах, когда люди в рамках когнитивной психологии начали исследовать слуховую память. Некоторые психологи использовали в экспериментах не только вербальные материалы, но и отдельные тоны. Диана Дойч, эксперт в этой области, в конце 1960-х годов начала исследовать, как мы запоминаем отдельные тоны и их короткие последовательности. Большинство стимулов являлись короткими мелодиями, но они были сконструированы специально для исследований и звучали искусственно. Например, они могли быть созданы при помощи генератора синусоидального тона и не иметь ритма. По сути это очень скучная музыка для экспериментов, вы бы не захотели ее слушать. Но большой плюс этих стимулов в том, что вы можете их менять, так что вы полностью контролируете ход исследования. Это дает вам возможность сравнивать простые и сложные мелодии, мелодии с разными типами мелодических рисунков — подъемами и спусками мелодии. Также вы можете проверить, усложнит или облегчит запоминание ритм, или узнать, если вам нужно запомнить один тон и сравнить его с другим, имеет ли значение то, что между ними есть еще несколько тонов.

Рекомендуем по этой теме:
38400
Музыкальные способности

На этих простейших музыкальных стимулах ученые провели десятки экспериментов, опубликовали исследования. Обычные музыканты даже не восприняли бы эти звуки как музыку, но для психолога их запоминание очень сильно отличается от запоминания речи.

 

Позже, в 1980–1990-х годах, люди стали использовать более естественный материал: настоящие мелодии, взятые из песен или классической музыки, ритмы из настоящей музыки. Они также начали сравнивать музыку разных культур. Имеет ли значение для западного слушателя, какую песню ему нужно запомнить: африканскую или финскую? Одинаково ли они запоминаются? Насколько опыт работы с конкретной музыкальной культурой помогает запомнить музыку? Исследования становились все более сложными, и практики музыки стали больше в них вкладываться, потому что насущные для них вопросы касались не искусственных синусоидальных тонов, а настоящей музыки.

 

Многие исследования показали, что для запоминания важен мелодический рисунок — рисунок подъемов и спусков мелодии. Мы хорошо различаем его в новых, незнакомых мелодиях. Кроме того, мы извлекаем информацию о том, к какому ладу относится мелодия. Если у нас есть информация об общем рисунке и тональности, мы можем достаточно точно восстановить мелодию, если уделим этому особое внимание. Эту теорию Уолтер Джей Даулинг опубликовал в 1978 году — теорию о рисунке и тональности в музыкальной памяти, согласно которой эти две составляющие помогают нам запоминать мелодии.

 

Если вы возьмете более сложную музыку — полноценную песню или симфонию, — то также возникает вопрос: на какие элементы мы обращаем внимание? Обладаем ли мы аналитическим слухом и сосредотачиваемся на отдельных элементах музыки или же мы скорее извлекаем эмоции, жесты и тот смысл, который исполнитель вкладывает в музыку? Последнее может ограничить нашу способность обрабатывать отдельные элементы, но, когда мы слушаем музыку в обычной жизни, мы не сводим все к памяти.

В любом случае важно помнить, что мы не осознаем большинства этих процессов. Даже если вы не музыкант, а просто любите слушать музыку, вы можете запоминать мелодии и сравнивать мелодию, которую услышали минуту назад, с той, которую услышите позже. При восприятии музыки включается много имплицитных знаний, так что это очень интересная область. Вы можете изучать, понимать, запоминать и обрабатывать музыку, просто знакомясь с музыкальной культурой. В этом отличие музыки от многих других областей, где вам нужно выучивать значение отдельных элементов. Это отличает музыку, скажем, от изучения иностранного языка: вы не можете выучить незнакомый язык, просто слушая радио.

 

В настоящее время мы стремимся к большей экологической валидности, стараемся больше изучать настоящую музыку. Вот одно из исследований, которое мы проводим в последнее время здесь, в Голдсмитс: мы берем популярные мелодии — западную коммерческую поп-музыку, выпущенную с 1950-х годов по сегодняшний день, — и пытаемся выявить их особенности, увидеть, есть ли в них что-то, что делает их более или менее запоминающимися. Мы не меняем мелодии, а изучаем их в том виде, в каком они были выпущены, а затем пытаемся найти сходства: сложность, диапазон интервалов, распределение длительностей — что угодно. Это позволит нам увидеть, как эти характеристики влияют на обработку музыки в сознании. Затем мы пытаемся объяснить, почему некоторые мелодии легче запомнить, чем другие.

 

Это направление исследований было до определенной степени успешным. Мы получили набор характеристик, которые вместе отвечают за хорошую запоминаемость мелодии, но в данных все еще много необъясненных отклонений, так что мы многого не знаем. Мы не знаем, почему некоторые мелодии запоминаются лучше, чем другие. Это может быть во многом связано с человеком и его музыкальными привычками. Например, если вы никогда не сталкивались с блюзом и впервые его слышите, то эта новая структура музыки может не попасть в близкую вам схему: у вас есть привычные схемы музыки, и вам может быть сложнее запомнить музыку, которая от них отличается. Это взаимовлияние личности слушателя и стимулов заслуживает отдельного внимания, и многие исследователи сейчас обращаются к этой теме.

Сегодня нам помогают вычислительные средства из области музыкально-информационного поиска и других областей. Они позволяют нам описать мелодии и музыку в целом в вычислительных терминах. В результате у нас появились точные определения тех характеристик музыки, которые могут быть важны для ее обработки в сознании человека. Также теперь мы можем искать эти характеристики в больших корпусах музыки и подбирать для исследований такие стимулы, в которых они присутствуют в большей или меньшей степени. Затем мы можем сравнивать эти наборы стимулов и смотреть, как люди на них реагируют и насколько сильно влияние этих характеристик на запоминание музыки.

 

Таким образом, вычислительные инструменты, более широкий корпус мелодий и более разнообразные выборки участников, когда мы привлекаем к исследованиям людей с разным уровнем музыкальной подготовки, — это три основных фактора, стимулирующих развитие этой области. Они могут дать прекрасные результаты и приблизить нас к ответу на вопрос о том, как мы запоминаем музыку.