Этап времени от 40 до примерно 10 тысяч лет назад называется эпохой верхнего палеолита. Причем это не название культуры, а название эпохи, потому что в это время существовало огромное количество культур. Впервые они были открыты во Франции и Германии, поэтому ключевая цепочка этих культур носит французские названия и создана для Франции: ориньяк, солютре, мадлен и другие.

Некоторое время пытались давать такие же названия культурам в других местах, например у нас на Дону в Костенках. Но чем больше изучали эти культуры, тем больше оказывалось, что это не работает, потому что донской ориньяк не то же самое, что ориньяк во Франции. Тогда количество культур стали увеличивать и придумывали им новые названия. Появилась граветтская культура, стрелецкая культура — их на самом деле сейчас великое множество. Причем некоторые из этих культур имеют большой ареал и действительно большую протяженность. Тысячи лет люди делали орудия определенного типа, занимались определенной деятельностью, и все было достаточно стабильно.

Некоторые культуры загадочные, как вспышка, когда есть одна ярко выраженная стоянка, на которой все красивое и чудесное, и нигде не существует ни одного аналога. Откуда оно взялось и куда девалось — непонятно. Но всегда стоит помнить, что археологи, как и антропологи, находятся в вечном состоянии недостатка данных, потому что из того изобилия племен, которые были на просторах Евразии и вообще мира в принципе, до нас дошли буквально какие-то крупицы. Каждый конкретный человек в течение своей жизни оставлял много-много кострищ, делал много-много орудий, кидал кучу мусора, но от этого всего в лучшем случае сохранилась одна косточка. А скорее всего, от деятельности большинства людей не сохранилось вообще ничего, поэтому от многих культур не осталось вообще ничего.

Рекомендуем по этой теме:
17548
Как появилось искусство?

От одних осталась одна стоянка, а другим повезло, поэтому можно строить грандиозные схемы смены культур: почему так происходило, в какой последовательности, как они там мигрировали. Это очень увлекательное занятие, и многие археологи этим занимались и продолжают заниматься, но это надо делать очень осторожно. Пока в конце XIX — первой половине XX века данных было мало, как раз этим больше всего занимались: находили три стоянки и делали предположения о миграциях. Но чем больше накапливалось информации, тем осторожнее археологи становились. Потом появились абсолютные датировки, которые показали, что некоторые предыдущие представления — полная ересь. И чем больше совершенствовались датировки, тем запутаннее и хитрее все становилось.

Проблема современной археологии в том, что у нас есть огромное количество фактической информации и есть очень мало археологов, которые бы набрались наглости все это увязать в единую стройную систему. И как только они предпринимают попытку это сделать и построить грандиозный обзор за 30 тысяч лет эволюции культуры, тут же все начинают говорить, что это некорректно и нужны новые раскопки. Мало того, что мы там 200 лет уже роемся, — надо еще накопить, надо еще посчитать статистику. А ее никогда не хватит на самом деле. Чем больше у нас информации, тем меньше мы видим лес за бесконечными, все новыми появляющимися деревьями.

Но общие черты обозреть вполне реально. Например, понятно, чем верхний палеолит как совокупность всех этих культур отличался от более раннего, среднего палеолита неандертальского, когда жили палеоантропы в широком смысле или неандертальцы, если брать только европейцев со своими культурами вроде мустье, микока. У творцов верхнего палеолита было великое разнообразие орудий — это уже великое достижение. До этого у них был довольно ограниченный набор: остроконечник, скребло, отщеп и еще десяток похожих вариантов. А тут появилось разнообразие: орудия изготавливаются по-разному для разных целей. В ашеле до неандертальцев рубило использовалось для чего угодно: им можно убить зверя, распотрошить его, обработать шкуру и порезать дерево. В палеолите для каждой операции свой тип орудий.

В верхнем палеолите пластинчатая техника захватывает умы и руки, когда из нуклеуса, первичной заготовки, выделывается узкая длинная пластиночка. Сделать такую сложно, для этого надо долго подготавливать нуклеус, зато в результате получается готовое орудие. Его надо уже немного подрихтовать, а иногда даже и не надо.

В некоторый момент появляется и микролитическая техника, которая считается в основном атрибутом уже следующей, мезолитической эпохи, но в верхнем палеолите микролитические сегменты тоже есть. Микролиты — это микроорудия, иногда размером буквально в сантиметр. Взять их в пальцы и что-то ими делать практически нереально, но они являются составной частью вкладышевых орудий. Когда у нас из рога, кости или деревяшки сделано древко — стержень, который состоит из нескольких сегментов. Такой сегментик легко сделать, его можно в любой момент вклеить. И даже если у нас орудие ломается, мы его быстро чиним, что гораздо удобнее, чем когда мы делаем вначале полчаса рубило, а потом оно трескается пополам и надо еще полчаса делать такое же рубило. Эффективность гораздо выше, потому что они просто тоньше и лучше режут, и главное, что всегда требовалось, — это резьба.

Появляется большое количество костяных орудий. Кость обрабатывать сложнее, чем камень. Попробуйте порезать куриную кость железным ножом и что-то из нее сделать, это реально трудно. А как бы они работали каменными орудиями по кости, причем далеко не курицы, а северного оленя или мамонта. Неандертальцы и более древние персонажи, как правило, кость не обрабатывали. И обычно если что-то делали из кости, то либо эту кость использовали и она сама собой затачивалась и получалось лощило. Либо кость использовали как камень — брали кусок слоновьей кости и выдалбливали из нее рубило. Оно получалось корявым, потому что кость не камень, но и этого хватало. В верхнем палеолите появляются новые методики. Причем впервые это появляется в Африке больше 50 тысяч лет назад, а в верхнем палеолите это довели до совершенства — гарпуны со всякими зубчиками, с орнаментом, с пазами, с местами прикрепления на древко. И это цветет со страшной силой, особенно в мадлене.

Дальше появляются составные каменные и костяные орудия с черешком, наконечником, который точно приделывается на древко. Такое начали делать еще и неандертальцы и даже, может быть, гейдельбергенсисы, но на самом наконечнике никаких штуковин для прикрепления не было. А кроманьонцы довели это до совершенства и у них были аккуратненькие копья. То есть это древко, наконечник, обмотка, смола — куча хитро сделанных элементов. У них, наконец, появляется искусство во всем многообразии форм, индивидуальные украшения, одежда с нашивками. Появляются скульптуры, в том числе и человеческие, то есть они начали изображать себя, отзеркаливать себя. А способность узнать себя в зеркале — это сугубо человеческая вещь. На самом деле этим еще, может быть, австралопитеки немножко как бы развлекались, но они не делали. То есть они могли найти камень похожий на лицо: у эректусов, у гейдельбергенсисов есть такие примеры, когда использовали камни, похожие на человека. Но это не фигура, то есть ее никто специально не делал, а кроманьонцы начали делать. У них были статуэтки, сделанные из камня, из кости, из бивня, из глины обожженной. Никто не сомневается, что еще из дерева. Не только статуэтки человека, но и скульптуры бизонов, лошадей, мамонтов — масса всего.

Порядка 40 тысяч лет назад появляются наскальные росписи. Что-то такое зачаточное было еще у неандертальцев. В 2018 году были сделаны датировки для трех испанских пещер, росписи в них появились 65 тысяч лет назад. А в это время кроманьонцев никто не видал в Европе, а в Испании все остатки с такими датировками — это неандертальцы. Причем их много, а тут появляются пятна на сталактитах, которым уже 65 тысяч лет. И значит, неандертальцы тоже что-то умели, но только у неандертальцев этого искусства штук 20-40 на всю Европу. А у кроманьонцев на каждой стоянке — десятки образов. Я уж не говорю там про просто орнамент на тех же орудиях и гравировки на костях.

Появляется музыка. Самые древние музыкальные инструменты появляются 40 тысяч лет назад в Холе-Фельс в Германии — дудочка из птичьей кости с дырочками. Причем там еще и разметка есть, то есть они прямо ноты подбирали. И не только дудочки — трещотки, гуделки, которые над головой на веревочке надо мотать. Дудочки — самый древний инструмент. Но это то, что мы находим в костяном варианте или сделанное из рога, бивня. Нет никаких сомнений, что из дерева или камыша делалось намного больше, но тут мы можем только гадать.

Появляются обряды. Первые обряды были еще у предков неандертальцев 176 тысяч лет назад, в Индии или в Африке. Но именно 40 тысяч лет назад и позже это становится мейнстримом, остается большое количество следов обрядов, хитрых инициаций, посвящений, шаманства. Есть наскальные рисунки шаманов, которые пляшут со звериными головами. И на самих костях кроманьонцев есть следы инициаций, посвящений во взрослую жизнь.

Появляются богатые, сложно сделанные погребения, в том числе множественные, когда в одной могиле может быть несколько человек. Допустим, в Сунгире два ребенка, в Гримальди есть тройное погребение, в Пршедмости вообще 20 человек в могиле. В Африке в верхнем палеолите множественные погребения, на Ближнем Востоке у натуфийцев до 100 человек и больше на кладбище. В погребениях появляется богатый инвентарь, использование охры с ритуальной целью. У неандертальцев, например, инвентаря погребального нет ни в одном случае, а у кроманьонцев есть и полным-полно. Но может быть и безынвентарное погребение. Маркина гора в Костенках без инвентаря — просто скелет. А есть очень богатые погребения, например, в Сунгире они завалены добром по уши и это самое богатое погребение вплоть до неолита. И позы погребенных, то есть сами типы погребения, очень различаются.

Наконец кроманьонцы, используя свои богатые достижения, активнейше расселяются по всей планете. До этого за пределы Евразии особо никто не выходил. Все эти неандертальцы, денисовцы по морям немножко могли плавать, но недалеко, на соседние острова. Кроманьонцы это в момент преодолели и оказались уже и в Австралии, и в Америке и чуть позже вообще где только можно. Но расселение по всей планете это уже совсем другая история.