Начало 1863 года является рубежным в истории и русской общественной мысли, и собственно русского общества, и русских национальных проектов: в январе 1863 года начинается Польское восстание. Это обозначает важнейший рубеж на пути национальной политики и обсуждаемых вариантов нациестроительства. Этот год закрывает целый ряд ранее обсуждаемых проектов и возможностей. И что особенно важно, он делает национальную проблематику предельно актуальной для империи.

С этого времени мы видим, что имперский центр начинает активно мыслить в модерных национальных категориях. На предшествующем этапе, во второй половине 1850-х — начале 1860-х годов, язык национализмов, язык модерных наций является отнюдь не универсально распространенным, и зачастую процессы, связанные с нацией, нациестроительством, не очень прозрачны, в том числе для имперской администрации. С 1863 года сама имперская администрация выступает не просто как понимающая этот язык, но становится одним из активных и сознательных игроков в рамках нациестроительства. В ситуации 1863 года отчетливо формулируется несколько ключевых программ. Остановлюсь на двух самых известных из них, альтернативных славянофильской национальной программе.

Рекомендуем по этой теме:
Видео
21877 16
Конструктивистские теории нации

В 1863 году Михаил Катков предельно отчетливо и последовательно заявляет свою позицию. Он недавно стал редактором «Московских Ведомостей», до этого успел основать один из самых известных русских журналов «Русский Вестник». Бывший профессор философии Московского университета, учившийся в Германии, испытавший огромное влияние Шеллинга, человек, чья репутация во многом определяется его ролью и позицией в более поздний период, особенно в 1880 году, — он предстает не просто как одна из ключевых фигур царствования Александра III, но и одна из фигур, традиционно оцениваемых наиболее негативно. В 1863 году Катков выступает конституционалистом. Разумеется, он является сторонником представительного правления, которое мыслится как необходимое для национальной перестройки, для национализации Российской империи.

В отличие от славянофильского проекта, который мыслит в качестве критерия национальной идентичности конфессиональную идентичность и ее трансформацию уже в модерную национальную идентичность, катковский проект исходит из французского видения нации, а именно нации как культурного и в первую очередь языкового единства. То есть нация — это политическое сообщество, которое имеет определенный набор критериев вхождения.

Катков, в отличие от славянофилов, говорит о возможности быть русским иудеем, русским католиком, русским православным или русским лютеранином. Однако для Каткова принципиально невозможна ситуация, при которой человек в рамках Российской империи имел бы иную идентичность. Попросту говоря, православие не является национальным критерием. Православный болгарин или православный серб оказываются чуждыми тому национальному сообществу, которое выстраивает Катков. И напротив, человек любого исповедания, входящий в эту национальную общность по критериям языка и культуры, оказывается русским в политическом смысле.

Почему это все связано с конституционным проектом, представительством и польским вопросом? Дело в том, что особенно актуальным для Каткова в 1863 году является создание представительного органа власти, некоего российского парламента как способа решения польского национального вопроса. В оптике Каткова общенациональный парламент должен растворить в себе польский вопрос как частный. Разумеется, представители Царства Польского или польские депутаты, которые будут посланы от северо-западных или юго-западных губерний, будут представлены во всероссийском представительном органе. Но они потом потонут посреди русского большинства, и тем самым активная нациестроительная политика будет осуществляться демократическими и конституционными методами. Катковский проект трансформируется к 1870-м годам в рамках той же самой логики. У Каткова в 1870–1880-х годах возникает все больше сомнения в том, насколько русское общество сформировано как политическое, насколько оно способно быть политическим субъектом. Соответственно, субъектом нациестроительства, тем, кто выстраивает это сообщество, должна выступать центральная власть.

Рекомендуем по этой теме:
Видео
5721 6
Славянофильский проект нациестроительства

В современной историографии уже зрелую, позднюю позицию Каткова принято обозначать как бюрократический национализм. Предлагаемые Катковым методы нациестроительства — это активная национальная программа по французской модели. Она предполагает систему массового образования, в первую очередь школы, активное воздействие на общественное мнение через государственную печать, создание системы железных дорог. Все это достаточно хорошо знакомо по европейскому материалу.

В 1863 году был поставлен крест на альтернативном проекте трансформации империи, связанном с именем Петра Валуева, тогдашнего министра внутренних дел Российской империи. Валуевский проект можно назвать своего рода австрийским проектом. В полной мере он будет реализован в Австрии по соглашению 1867 года, хотя трансформация Австрийской империи активно началась как раз в 1860–1861 году. Речь идет о том, что необходимо трансформировать имперское, сохранив его в качестве имперского. Другими словами, местным элитам необходимо предложить новый интерес, то, что вновь сделает для них сохранение имперского пространства привлекательным. Имперский центр должен поделиться с местными силами, местным дворянством, например с той же польской шляхтой, частью своих прав и возможностей. И через центральное представительство он заинтересует местные силы в существовании имперского целого.

Основной вопрос, который существует для Валуева, — это то, как можно инкорпорировать местные элиты неиндивидуально, поскольку процесс индивидуальной инкорпорации достаточно успешно осуществляется и непонятно, как можно инкорпорировать те группы, которые не получается инкорпорировать в индивидуальном плане. В первую очередь здесь речь идет о Царстве Польском. В 1863 году предыдущий вариант трансформации Царства Польского, проекта маркиза Велёпольского и наместника великого князя Константина Николаевича, окажется отвергнут. В то время невозможно было заключить соглашение с польской аристократией, что делает неактуальным валуевский проект и ставит крест на австрийском варианте трансформации Российской империи.

Рекомендуем по этой теме:
Журнал
Главы | Мировая история в годы западной гегемонии

Предшествующие события 1950-х годов в Австрийской империи положат крест на пути осуществления активной национальной политики в рамках Австрии, построенной по модели, близкой к французской, — той самой, на которую оглядывался Михаил Никифорович Катков и на основе которой он выстраивал свое видение проведения нациестроительства в рамках Российской империи.