В рамках нашего нового проекта «Капица — Резерфорд», посвященного отношениям российской и британской науки, психолог Татьяна Ахутина рассказывает ПостНауке о вкладе Александра Лурии в развитие мировой нейронауки.

Я хочу рассказать о двух поездках Александра Романовича Лурии в Великобританию. Это отец-основатель не только российской, но и мировой нейропсихологии, один из наиболее известных, цитируемых русских авторов. Поездки были осуществлены в 1963 году. Точнее нужно сказать, что первая поездка планировалась, Александр Романович для нее написал доклад, но там не был, а доклад был зачитан. И это был май 1963 года. А вторая поездка — ноябрь — начало декабря того же года.

На какое событие Александр Романович должен был поехать в Англию? Это был CIBA-симпозиум, посвященный нарушениям речи. Это было достаточно новое, уникальное событие, потому что впервые на обсуждение проблем речи были приглашены специалисты разных наук: и неврологи, и психологи, и лингвисты, и специалисты по теории информации и начинающимся уже работам по искусственному интеллекту. Материалы этого симпозиума были опубликованы в 1964 году в книге «Нарушения речи». Это экземпляр Александра Романовича, и мы здесь видим его автограф. Он сейчас хранится в архиве Александра Романовича на факультете психологии МГУ. И дальше я буду пользоваться материалами этого архива.

Вел симпозиум доктор Макдональд Кричли. В своем вступительном слове он как раз и отметил междисциплинарный характер конференции. Первый доклад сделал лорд Брейн. Это невролог, который за свои исследования мозга (говорящая, кстати, фамилия) получил звание сэра лорда Брейна. Он осветил проблему междисциплинарного исследования речи.

Рекомендуем по этой теме:
17295
Тезаурус: химия мозга

И следующий доклад был Романа Осиповича Якобсона. Он рассказывал о лингвистической типологии афазических нарушений. Что такое афазии? Это нарушения речи у больных после травмы, инсульта. И обычно нарушается или говорение, или понимание речи. Иногда бывают нарушения и того и другого вместе. В своем докладе Роман Осипович воспользовался классификацией афазий, предложенной Александром Романовичем Лурией. Существует много классификаций, и то, что его выбор пал на классификацию Лурии, говорит о признании этой классификации как наиболее близко отвечающей целям лингвистического анализа.

Поскольку Александр Романович не смог приехать на конференцию, его доклад был зачитан ведущим — доктором Кричли. После доклада была оживленная дискуссия, первым выступил невролог Оливер Зангвилл. Он уже был в России и поэтому комментировал, рассказывая о тех опытах и тестах, которые использовал Александр Романович при исследовании и диагностике больных. Кроме Зангвилла в дискуссии участвовали доктор Кричли, Роман Якобсон, известный канадский невролог и нейропсихолог Бренда Милнер. Этот симпозиум стал вехой на пути развития нейролингвистики и когнитивной науки в целом, cognitive neuroscience.

Теперь я хочу рассказать о второй поездке Александра Романовича в Англию, которая состоялась с 18 ноября по 2 декабря 1963 года. Александр Романович посещал нейропсихологические центры в Англии и о своей поездке оставил записи. Они хранятся в архиве Лурии, который находится на факультете психологии МГУ (нужно сказать, что сейчас мы сделали электронную версию этого архива, и я думаю, что через некоторое время можно будет этим архивом пользоваться).

Итак, несколько страничек, написанных мелким, очень аккуратным почерком Александра Романовича — он обычно делает ко всем документам обложки — о поездке в Англию и даты. Далее со следующей страницы он начинает подытоживать свои впечатления о поездке. Начинает он с некоторого введения, что такое для него Англия. По-видимому, Александр Романович предполагал написать заметку о своем пребывании в Англии и свои записи организовал так, как можно было бы построить эту заметку.

Вначале он дает общую характеристику английской психологии. Здесь он отмечает традиции — это традиции английского эмпиризма, связь с биологией, с этиологией, с экспериментом. Он отмечает сильные тенденции английской психологии: тенденции к физиологическому анализу психических процессов, к качественному исследованию поведения животных, к экспериментальному исследованию саморегулирующихся систем, теории информации и коммуникации. Все это сопровождается фамилиями английских исследователей, которые представляют эти направления. Александр Романович отмечает, что, в отличие от американской психологии, здесь можно найти более тщательный анализ качественных составляющих психических процессов. Для него это было очень важно.

Что он посетил? Он посетил Оксфорд. В этом университете он посетил институт экспериментальной психологии, и принимал его там профессор Олдфилд. Александр Романович отмечает широкий диапазон исследований: это и исследования на животных, это исследования и регуляции двигательных процессов, это различные опыты, начиная от рыбок и кончая животными с вживленными электродами. Отмечает он и психолингвистические исследования. В частности, он был в лаборатории Энн Трейсман, исследовательницы-психолингвиста, широко известной сейчас в литературе.

Следующим в его маршруте был Кембриджский университет. Здесь он посещает психологическую лабораторию, где работал Оливер Зангвилл. Мне хочется сказать два слова об Оливере Зангвилле. Дело в том, что в книжке Елены Александровны, дочки Александра Романовича Лурии, приведено письмо Джерома Брунера, широко известного великого психолога, который родился в 1915 году и умер в 2016-м, то есть он пережил столетний юбилей. Так вот, описывая свои отношения с Александром Романовичем в письме к дочери, он говорил, что Лурия был для него приемным отцом — настолько было велико духовное влияние Лурии на Джерома Брунера. И Брунер отмечает, что такими приемными сыновьями был не только он, но и Оливер Зангвилл, о котором сейчас мы будем говорить, Ханс-Лукас Тойбер. И конечно, к этому числу нужно присоединить и Оливера Сакса. Оливер Сакс пишет об этом в своих письмах и к Александру Романовичу, и к дочери.

Что же увидел Александр Романович в Кембриджском университете? Опять он дает общую характеристику, что университет находится в новом многоэтажном здании, что очень широкий диапазон от исследования мозга у животных до психоанализа. И он подчеркивает особенно проведение нейропсихологического анализа, систематическое исследование структуры поведения животных с психологическим анализом и нейрофизиологическим анализом.

Рекомендуем по этой теме:
29672
Рабочая память

Последним в маршруте Александра Романовича было посещение неврологической клиники Лондонского университета на Queen Square. Он, что это центр английской неврологии, и называет великие имена: Джексон, Бастиан, Фериер, Гауер. По крайней мере три имени из этих вошли во все учебники нейропсихологии. Что еще отмечает Александр Романович? Развитую психологическую службу, анализ больных с локальными поражениями мозга. И здесь работает и Зангвилл, и Уоррингтон — это тоже очень известная женщина-нейропсихолог, которая до сих пор продолжает исследования. Тут же работает и Кричли. Лурия упоминает, что он делал там лекцию, на которой присутствовал и Кричли, и лорд Брейн.

Нужно сказать, что роль Лурии в развитии нейропсихологии широко признается английскими нейропсихологами. И в этом велика заслуга Оливера Зангвилла. В Англии по инициативе Барбары Уилсон, которая была президентом международного нейропсихологического общества, был создан центр Оливера Зангвилла. В этом центре принимают и взрослых, и детей, тех, кто нуждается в нейропсихологической помощи. Когда был десятилетний юбилей центра Зангвилла, на юбилейную конференцию были приглашены и российские нейропсихологи. Мы делали там доклады. Часть из нас жили даже в доме Барбары Уилсон, в старом одноэтажном доме, покрытом соломенной крышей, которому лет триста-четыреста. Этот юбилей был в 2006 году. А в 2009-м сотрудники Зангвилл-центра приезжали в Россию на семинар, организованный для изучения методики Ривермид — специальной методики нейропсихологического исследования пациентов.

Это сохранение традиций, связи русской нейропсихологии и британской нейропсихологии есть и сейчас.