Очень важная проблема — как оценивать успешность, устойчивость развития. В науке и политике на международном уровне все пришли к консенсусу, что парадигма развития человечества в XXI веке — это устойчивое развитие. Но как его измерять? Почему плохи традиционные показатели ВВП? Это, на мой взгляд, является сейчас важнейшей проблемой как для экономической науки, так и для конкретной практики правительств, отдельных фирм, когда мы говорим про экономику.

Важно, что показатель ВВП, показатель валового внутреннего продукта, который является уже 60 лет главным для человечества, главным для всех стран, является плохим и неадекватным с точки зрения долгосрочных тенденций развития, с точки зрения учета социальных, экологических проблем и так далее. На мой взгляд, человечество попало в ловушку ВВП. Наиболее явно в этой ловушке оказалась Россия.

Начало 2000-х годов, рост ВВП достигал в отдельные годы свыше 8%, то есть светлое будущее впереди, российская экономика растет. И вот было опубликовано интересное исследование Минэкономразвития. Они попытались оценить связь цен на нефть с показателем ВВП. Оказалось, что рост цены на нефть на 10 долларов дает прирост ВВП где-то 0,4–0,5%. В результате, если мы займемся лобовой арифметикой (как вы помните, тогда цена на нефть скакнула с 40 долларов за баррель до 120, до 140), фантастический рост цены на нефть создал иллюзию ложного развития. Оказалось, что 2–3% фантастического роста просто иллюзорны, виртуальны. И Россия, к сожалению, попала в ловушку благоуспокоенности: все хорошо, экономика развивается. А на самом деле была игра цен. И когда цены рухнули, наш ВВП тоже рухнул. Но ничего не изменилось: рухнула цена на нефть, и поэтому показатель ВВП тоже упал. Понятно, что нужно искать другие показатели развития (ВВП — плохой показатель).

Рекомендуем по этой теме:
6550
Главы | Глобальное неравенство

Для студентов я всегда привожу такой слайд на лекциях: ВВП и велосипед. Велосипедист — это очень вредный человек для роста ВВП: он не покупает машину, не ремонтирует ее, он ее не страхует, не попадает в ДТП; велосипедист здоров, он редко ходит к врачам, покупает мало лекарств, и все это снижает затраты и все, что уходит в ВВП. Так что ВВП создает ложную картину развития. Мне очень нравится название книги двух лауреатов Нобелевской премии Стиглица и Сена «Неверно оценивая нашу жизнь. Почему ВВП не имеет смысла?». Еще раз обращаю внимание на очень мощный посыл: неверно оценивая нашу жизнь. А как же ее оценить? Как оценить наше развитие? Как оценить развитие экономики, общества? На эти вопросы дает ответ бурная, абсолютно новая отрасль экономической науки, связанная с индикаторами устойчивого развития.

Какие сейчас есть подходы к разработке индикаторов устойчивого развития? Прежде всего, хочу сказать, что мы не должны похоронить показатель ВВП. Он ориентируется на краткосрочные результаты и экономический рост, но не учитывает социальные и экологические проблемы. То есть сейчас у нас идет совещание стран БРИКС — уважаемая организация с фантастическим ростом и с третью мирового ВВП. Но давайте мы посмотрим, за счет чего достигнут рост ВВП. В Китае, и это широко признается, достигнут рост за счет критических экологических проблем. Это страна, где тяжело дышать. В Пекине, в крупнейших городах Китая в некоторые дни вообще закрывают всю промышленность, потому что уже нельзя дышать в стране. По некоторым оценкам, фантастический рост ВВП, если мы проводим его зеленую корректировку, учитываем экологический ущерб, скатывается до минимальных показателей. Та же самая ситуация, например, в Бразилии, Индии.

Когда мы говорим о росте ВВП в России, золотой эре ВВП начала 2000-х, надо честно сказать, что мы жили за счет истощения и деградации природного капитала. Мы добывали нефть, газ, уголь, рубили лес, быстро это продавали, и наш ВВП рос. Но с точки зрения устойчивого развития это абсурдная ситуация, потому что устойчивое развитие — это развитие с учетом интересов следующих поколений, это десятилетия и столетия. Ясно, что мы подрываем за счет истощения природного капитала благосостояние будущих поколений. И поэтому встает вопрос: а как же все это измерять?

В экономической теории сделан четкий вывод, что показатель ВВП может расти, но это может происходить за счет деградации природы и за счет роста социальных проблем. Показатель ВВП, например, не чувствует вашего здоровья. Он не чувствует разрыва, а в мире и России это острейшая проблема — разрыв между богатыми и бедными. То есть ВВП растет, бедные беднеют, богатые богатеют.

Чтобы преодолеть парадоксальность и абсурдность ВВП, в мире сейчас есть четыре мощных подхода к индикаторам устойчивого развития. Первый подход заключается в попытке сделать интегральный показатель устойчивости, то есть сделать попытку что-то противопоставить этому показателю ВВП. Потому что на самом деле с точки зрения и науки, и политиков, и общества хорошо иметь один показатель: у вас есть один показатель, как ВВП, и, если он положительный, все хорошо, а если он отрицательный — все плохо.

Второй подход заключается в попытке сделать систему показателей или индикаторов устойчивого развития, которые делятся на три или четыре группы. Обычно это социальные, экономические и экологические индикаторы, они переплетаются, взаимодополняются. Классической системой таких индикаторов устойчивого развития являются цели устойчивого развития ООН — Sustainable Development Goals. Эти цели были приняты в 2015 году, под ними подписались все страны мира. Это трехуровневая система. У нас есть 17 целей, для каждой цели несколько задач (всего их свыше 160). Для каждой задачи есть несколько количественных индикаторов, всего их свыше 230. Мы переводим концепцию устойчивого развития как концепцию светлого будущего на уровень цифр, экономических оценок, то есть мы оцифровываем проблему устойчивого развития.

Цели устойчивого развития рассчитаны до 2030 года. Там есть абсолютно четкие показатели, индикаторы и количественные измерения. Это очень важный шаг для человечества и всех стран, потому что на этой конференции, когда принимались цели, было сказано, что повестка дня на 2030 год — это не только для развивающихся, а для всех стран мира. И мы сейчас видим очень интересные цели устойчивого развития. На мой взгляд, наиболее передовые страны — Норвегия, Великобритания, Дания, Германия. Это страны, которые сразу стали строить свои системы от целей устойчивого развития.

Хочу еще раз подчеркнуть, что устойчивое развитие — это комплексное понятие. В России, к сожалению, когда мы говорим про устойчивое развитие, мы говорим только про экономику. Устойчивое развитие — это сбалансированное развитие экономики, общества, социума и природы. И цели устойчивого развития отражают этот комплекс. В России эта тема еще довольно нова как в науке, так и в практике. Но в последние 10–12 лет эта тематика в мире и науке очень широко развивается. Я опять отсылаю к переведенной на русский язык книге нобелевских лауреатов Стиглица и Сена «Неверно оценивая нашу жизнь». Там есть такие концептуальные предложения, как все это измерять. И основное предложение — что мы должны измерять прогресс и развитие человечества на основе концепции устойчивости, то есть мы должны включить индикаторы устойчивого развития в качестве основных.

Третий подход, когда мы говорим об индикаторах устойчивого развития, — это специальные показатели, частные индикаторы. Самый популярный в мире показатель энергоэффективности, энергоемкости — сколько мы тратим энергоресурсов для получения единицы конечного результата. Здесь же углеродоемкость. Сейчас в мире все говорят про углеродный след, углеродность экономики — сколько парниковых газов мы затрачиваем удельно на единицу конечных результатов. Это отдельная тема, это третий подход.

На самом деле индикаторы устойчивого развития должны улавливать такую важную вещь, как здоровье человека. Как оценить здоровье? Это важнейшая проблема, пробел современной экономики, которая не учитывает фактор здоровья. На нашей кафедре был большой проект вместе с Минэкономразвития, Всемирным банком. Оказалось, что ущерб на макроуровне для всей российской экономики доходит до 5–6% валового внутреннего продукта. А в отдельных регионах он доходит до 10–12%. Это фантастическая цифра. Но сейчас уже есть очень много подходов, в частности на основе концепции риска, которые позволяют включать этот ущерб для здоровья и делать такие зеленые индикаторы развития. Их можно включать в интегральные показатели. Например, показатель здоровья отражается в таком классическом интегральном показателе устойчивости, как индекс человеческого развития.

И четвертый подход, который стал очень популярным в мире, — это подход на основе социологических опросов к устойчивости. Население опрашивают, насколько они удовлетворены уровнем своей жизни, насколько удовлетворены состоянием окружающей среды, насколько удовлетворены тем, как правительство решает экологические проблемы. И это тоже важнейший индикатор состояния общества и развития. Это очень широко используется сейчас в мире в различных странах, в России тоже проводятся подобного рода опросы.

В заключение очень важный вывод. К сожалению, мы не умеем оценивать развитие как человечества, так и отдельных стран корректно. И сейчас задача перед мировой наукой, перед отдельными странами — сделать так, чтобы оценки развития учитывали и экономические аспекты, социальные, экологические — качество жизни. И это острейшая и важнейшая проблема для будущего развития как науки, так и практических действий всего человечества.