Существует представление, что Французская революция носила народный характер. Однако самое крупное народное движение во Франции периода революции носило как раз характер контрреволюционный. И это была крестьянская война в Вандее, проходившая под религиозными лозунгами. Однако такие же «Вандеи» были и в других странах, везде, где была сильна традиционная культура и куда французы на штыках своих армий приносили новые революционные ценности.

В 1796 году армия генерала Бонапарта пересекла Альпы и пришла в Италию. В историографии можно встретить мнение, что французов встречали празднично, встречали цветами, как, например, Альберт Захарович Манфред писал: «Цветы, цветы, гирлянды цветов, смеющиеся женщины, дети». Идиллическая картина. Здесь историк отдает дань наполеоновской легенде, которая возникла еще в период жизни Наполеона и, в частности, нашла отражение в книге «Пармская обитель», где Стендаль писал, что трудно передать, какой поток счастья и радости хлынул в Италию через Альпы.

Рекомендуем по этой теме:
22083
Партии Французской революции

На самом деле, если мы посмотрим хронику событий тех лет, мы увидим, что на праздничную встречу это не очень похоже. С самого начала, когда французы переходят через Альпы, начинаются восстания против французов ― сначала в Пьемонте, дальше в Ломбардии, потом в Венецианской области. И до самого 1799 года, когда французы из Италии будут изгнаны объединенными силами австрийской и русской армии под командованием Суворова, русским и турецким флотом под командованием Ушакова, с участием английского флота под командованием адмирала Нельсона, ― до 1799 года Италия будет полыхать в огне народной войны, которая в Италии называется Инсордженцо — движение против Наполеона, против французов.

Интересно, что это движение получило очень слабое отражение в исторической литературе. Республиканская традиция рассматривала Рисорджименто, благодаря которому была создана современная Италия, как наследника Французской революции. И соответственно, предшественниками республиканской традиции считали итальянских якобинцев, людей, которые приветствовали французов, пришедших в Италию. И напротив, люди, которые боролись против французов, о них писали как о бандитах, разбойниках и старались подробно не упоминать. Только в последнее время появились работы, где детально рассматривается состав этого движения и мотивация его участников.

Так кто же входил в антифранцузское движение Инсордженцо? Хотя французы пришли под лозунгом «Мир хижинам, война дворцам», основную массу участников этого движения составили как раз низы: жители хижин, крестьяне и городской плебс. Именно они составляли основу партизанских отрядов, боровшихся против французов. Именно они составляли основу отрядов городских повстанцев, когда против французов поднималось население тех или иных городов. Духовенство отнеслось к приходу французов по-разному. Верхушка духовенства ― епископат ― заняла нейтральную позицию. Им было что терять, и поэтому они предпочитали просто тихонько пересидеть и переждать, что будет, не выступая против новых властей. А вот низы духовенства ― приходские священники, наиболее близкие к народу, ― приняли активное участие в этом движении.

Обитатели дворцов, городские элиты как раз отнеслись к французам в значительной степени положительно. Те люди, которые были проникнуты идеалами Просвещения, кто видел во французах близких себе по духу, действительно приветствовали их. Но это было меньшинство, а значительная часть элит заняла выжидательную позицию: посмотреть, что будет дальше, может быть, придет избавление откуда-то извне. И лишь очень немногие представители верхов приняли участие в антифранцузской борьбе. То есть по сути это было народное движение.

Какая у них была мотивация? Можно предположить, что крестьяне и городской плебс восстали против иноземных захватчиков. Но если мы вспомним историю, то Италия и в XVI–XVII веках была таким проходным двором, через который ходили войска самых разных государств, самых разных держав, и ни одно из этих событий не сопровождалось такой массовой народной войной, какая развернулась, когда пришли французы. В основе движения лежал идеологический фактор. Движение это проходило под религиозными лозунгами, так же как французская Вандея. И французы писали об участниках этих движений как о фанатиках, и сами участники этих движений выдвигали лозунг «За святую веру». Либо же сопротивление французам было связано с какими-то индивидуальными, локальными особенностями, как, например, в Неаполе, где участники антифранцузского восстания подбадривали друг друга криками «за святого Януария», покровителя города.

Рекомендуем по этой теме:
3315
Египетский джихад в 1798–1801 годах

Почему же движение приобрело религиозный характер? Здесь как раз произошло столкновение различных ценностей: с одной стороны были революционные ценности, светские ценности Просвещения, которые на своих штыках принесли французские войска и которые были частью просвещенных элит Италии, с другой — традиционное мировоззрение, в основе своей религиозное, которым обладали низы общества. Французы, придя в Италию, вели себя не просто как в завоеванной стране, а поскольку Французская революция во многом носила антиклерикальный, даже антихристианский характер, французы вели себя особенно вызывающе в отношении святынь, которым поклонялись жители тех или иных итальянских земель: уничтожали храмы, уничтожали святыни, захватывали церковные кассы, громили монастыри. И естественно, что все это вызывало негативную реакцию населения.

Любопытно, что идеологический характер противостояния вылился также в войну символов. Когда крестьяне или горожане изгоняли французов, изгоняли местных итальянских якобинцев, первым делом они уничтожали деревья свободы, которые были посажены на центральных площадях как символ новых идей, пришедших с Францией. Напротив, когда французы приходили, они уничтожали религиозные святыни. То есть война с обеих сторон носила такой преимущественно религиозный характер.

Движение было массовым, и, как считают итальянские историки, приняли в нем участие по всей стране до трехсот тысяч жителей. С 1796 по 1814 год, когда уже окончательно французы были изгнаны, погибло более ста тысяч участников этого движения. С обеих сторон применялись крайне жестокие методы. Крестьяне очень часто жестоко убивали захваченных итальянских якобинцев. И французы, тоже борясь с партизанским движением, использовали самые варварские методы, хотя в самой Франции пытки были запрещены, но, обогатившись опытом восточных пыток во время Египетского похода, французы могли посадить партизан на кол, что в Европе в XVIII веке было уже проявлением варварства.

Наиболее ярко все эти противоречия между просвещенными элитами и народом, народными массами, выступавшими под религиозными лозунгами, проявились в 1799 году во время установления в Неаполитанском королевстве Партенопейской республики. В ходе военных действий, которые в конце 1798 года происходили на границах Неаполитанского королевства, французы очень быстро разбили регулярные войска неаполитанской армии и двинулись к Неаполю. Однако стоило им пересечь границу, как восстала вся страна, запылала вся сельская местность. Крестьяне создавали партизанские отряды. Колонны французской армии, наступавшие по параллельным дорогам, часто не имели между собой связи, потому что ни один курьер не мог пересечь эту местность: их ловили и убивали.

Когда французы приблизились к Неаполю, власти города бежали, и город был брошен на произвол судьбы. Однако восстал городской плебс (лаццарони): рыбаки, моряки, портовые грузчики, то есть низы городского населения. Слабо вооруженные, они благодаря тому, что их было намного больше, чем пришедших французов, несколько дней отчаянно сопротивлялись, а французы не могли даже помыслить о том, чтобы начать штурм города.

И интересно дальнейшее развитие событий. К французам приходит делегация от просвещенных жителей города, от представителей просвещенной аристократии, они договариваются, как согласовать свои действия. Ночью эти итальянские якобинцы, которых республиканская историография традиционно называет патриотами, захватили форт Сент-Эльмо, господствующий над Неаполем, и, подав сигнал французам, открыли огонь из артиллерии в спину своим соотечественникам, которые защищали город. В результате, оказавшись меж двух огней, плебс отчаянно сопротивлялся, очень много людей погибло. Французы очень высоко оценивают мужество, которое проявили жители города, сражаясь против них. Но, оказавшись в безвыходной ситуации, участники восстания сложили оружие, когда французы пообещали, что будут с уважением относиться к религии и почитать святого Януария.

Но буквально через два месяца после того, как в Неаполе была установлена такая марионеточная по отношению к Франции Партенопейская республика, начинается массовое движение святой веры ― санфедистское движение, которое охватывает все королевство и во главе которого становится кардинал Руффо. Многотысячные отряды крестьян громят войска Партенопейской республики, подходят к городу, французы его покидают, а сами итальянские якобинцы оказать сопротивление народу не смогли. Партенопейская республика пала. Мы видим здесь конфликт просвещенной элиты и народа, верного традиционным ценностям и религии. Но в историографии этот конфликт отражается следующим образом: итальянских якобинцев, стрелявших в спину своим соотечественникам, традиционно в Италии называют патриотами, а тех, кто восстал против французов, ― бандитами. Такие парадоксы истории.