Когда в медицине возникла проблема констатации смерти? Как установились критерии смерти, не противоречащие мировоззрению человека? И как проходило диагностирование смерти? Об этом рассказывает кандидат философских наук Елена Брызгалина.

Для медицины долгое время не стояло проблемы констатации смерти человека, поскольку критерием жизни было дыхание, сердцебиение, то есть жизнь боговдохновенной души. С умирающим долгое время был священник, а медики со времен Гиппократа старались быстро уйти от постели умирающего. Вся медицина была направлена на распознание близких критериев смерти. Известный пример, когда в гиппократовых книгах были записаны изменения в чертах лица человека перед смертью, так называемый гиппократов лик.

Перед медициной в явном виде встал вопрос о поиске критериев смерти, который был бы, с одной стороны, объективным, то есть опирающимся на данные современной науки; с другой стороны, был бы практически применимым, потому что, к сожалению, врачам смерть приходится констатировать в разных условиях. И самая большая проблема — в медицине нужно было найти такой критерий смерти, который был бы максимально противоречив относительно мировоззрения человека. Например, в православии главный орган — сердце, поэтому отсутствие биения сердца есть критерий, принимаемый религиозными людьми.

Культура современной цивилизации — это культура гедонистического типа, когда все разговоры о смерти в какой-то степени табуированы, когда идеей становится получение наслаждения здесь и сейчас и сама мысль о том, что после смерти своим телом можно распорядиться. Например, принять решение, хочешь ли ты быть донором после смерти или нет. Сама идея того, что ты можешь принять решение об отказе от каких-то жизнеподдерживающих процедур, если для тебя лично они неприемлемы. Эти идеи находят трудное понимание в обществе, поэтому сегодня задача медицины не только следовать строгим критериям научности, но и соизмерять свои перспективы развития с некоторыми тенденциями в развитии общества.