Более половины населения планеты проживает в городах. Но что такое город сегодня? Города стали изменчивы, мы больше не можем определять город лишь территорией, на которой он расположен. Сегодня горожане — продвинутые пользователи пространства, они открыты миру и предъявляют к городской среде требования намного выше, чем даже 10 лет назад. Пытаясь повысить качество жизни, люди уезжают из центров на периферию городских агломераций и попадают в ловушку неразвитой инфраструктуры. Разница в качестве городской среды существует и в пространстве одного и того же города. Все знают, как существенно отличается культурная жизнь в центрах городов и на окраинах. Мы попросили экспертов рассказать, как решить проблемы современного города, как люди пользуются городской средой и какие актуальные задачи стоят сегодня перед исследователями.

Почему город — это технический объект?

Одна из наиболее актуальных проблем исследований города сегодня состоит в том, что современные города крайне изменчивы. В отличие от исследователей прошлых лет, мы уже не можем говорить о городе как о чем-то более или менее стабильном, устойчивом, сохраняющим и воспроизводящим себя в пространстве. У нас нет языка, который позволил бы осмыслить то, как эту изменчивость можно проанализировать и описать. Город меняется на наших глазах: миграция, непрерывная реконструкция, перепланировка и экспансия — только некоторые из факторов.

vakhshtain

Виктор Вахштайн

кандидат социологических наук, профессор, декан факультета социальных наук МВШСЭН, декан Философско-социологического факультета Института общественных наук РАНХиГС, главный редактор журнала «Социология власти»

Решение этой проблемы, которое было предложено Манчестерской школой архитектуры (в частности Альбеной Яневой и Саймоном Гаем), — использовать ресурсы, наработанные социологией техники. Что, если мы начнем мыслить город как технический объект? Не так, как мыслил город Льюис Мамфорд или многие другие сторонники идеи технологического детерминизма, а в смысле «технический как изменчивый». Ведь техника — яркий пример такого рода изменчивости. И тогда город — не совокупность функций и не совокупность живых и неживых объектов, расположенных на определенной территории. Иными словами, город — это порядок отношений. Отношений между людьми и вещами, между людьми и зданиями, между местами и людьми, между местами и зданиями (а также между отношениями и отношениями) et cetera. Это гетерогенные отношения. Мы не можем даже назвать их «социальными», потому что социальное — скорее производная от этих отношений, оно в них имманентно не заложено. Так возникает социальная топология города — исследование «пределов изменчивости» порядка отношений, исследование зарождения и трансформации социального-в-пространстве.

Например, шведский город Кируна. В результате того, что закончилась добываемая там руда, жила ушла под дома, в какой-то момент люди вынуждены были снести дома, которые стояли на одном месте, и перенести их на другое. Это все еще тот же самый город? Это все еще та же самая Кируна? Да. Потому что люди те же, работа та же, основной род занятий тот же самый. Если бы шахту закрыли и все разъехались, приехали бы новые люди, сформировалась бы иная экономика и иной порядок отношений, наверное, это был бы уже другой город. Таким образом, несмотря на то, что практически все дома перевезли с места на место, это все еще тот же самый город. И наоборот, могли остаться и дома, и даже люди, но закрытие шахты означало бы, что произошло необратимое изменение (в топологии они называются негомеоморфными преобразованиями).

В каждом из городов мы выделяем устойчивое ядро формирующих его отношений. То, что мы анализируем, — это насколько оно устойчиво. Действительно ли оно сохраняется и воспроизводится? Можем ли мы все еще говорить о городах как о совокупности таких самовоспроизводимых отношений? Или сегодня мы сталкиваемся с ситуацией, когда города становятся текучими? «Города-потоки», в которых нет никакого устойчивого ядра, а если и есть, то оно уже не расположено на его территории. Проблема изменчивости — как она может быть решена средствами социальной топологии, акторно-сетевой теории, лейбницевской философии пространства — на мой взгляд, сегодня самая интересная проблема, которую я вижу в поле «urban studies» и социологии города в целом.

Почему мы уезжаем из центра на периферию?

Требования к городу и городскому пространству у современного горожанина, пользователя городской среды, существенным образом возросли. Ситуация отличается от той, что была даже 10 лет назад. Это означает, что городам нужно каким-то образом оперативно и гибко перестраиваться, чтобы быть востребованными новыми горожанами.

karpova

Ольга Карпова

MsC in Cultural Management (Абердинский университет), декан факультета Управление социокультурными проектами МВШСЭН, руководитель специализаций Городское и региональное развитие и Менеджмент этнокультурных проектов

Сегодня горожане являются продвинутыми пользователями городов. Это связано со многими аспектами, как с тем, что мы открыты миру, можем сравнивать разные города, разные пространства и ожидаем этого же от тех мест, в которых мы живем, так и с тем, что технологический скачок, связанный с различными мягкими и цифровыми, дигитальными инфраструктурами, существенным образом меняет качество нашей жизни, городской среды и требования, которые мы сегодня к ней предъявляем. Основная проблема заключается в огромном неравенстве, которое существует сегодня в качестве городской среды между крупными городскими агломерациями и другими населенными пунктами меньшего масштаба, и даже той пригородной периферии, которая сегодня очень активно формируется в городских агломерациях.

Горожане переезжают в пригороды именно для того, чтобы повысить качество своей жизни. Но при этом попадают в определенную ловушку, потому что ни о какой городской среде в пригородах говорить нельзя. Разница в качестве городской среды существует и в пространстве одного и того же города, особенно когда речь идет о крупных или среднего размера городах. Мы все знаем, как существенно отличается качество и культурной жизни в центрах городов и на окраинах. И с этим надо каким-то образом работать.

Пока мы знаем только один пример попытки работать с полицентричной структурой города, сформировать ее в Москве, и этим занимается Департамент культуры г. Москвы с 2012 года. Надо отдавать себе отчет, что это процесс очень долгий, который требует тонкой рефлексии, что действительно происходит в этих пространствах, пригородах и так далее, как в действительности люди пользуются городской средой, чего им не хватает, каков запрос на среду. Мне очень нравятся некоторые современные зарубежные исследовательские подходы, когда происходит очень точная и прицельная фиксация повседневности, с точки зрения востребованности тех или иных городских функций. Идет попытка проранжировать эти функции по популярности, необходимости, и это любопытная история, потому что мы вроде бы понимаем, что качество жизни должно быть везде одинаковое, но на самом деле в разных местах живут разные сообщества, и есть нюансы, которые будут существенным образом отличать требования данного сообщества горожан к качеству городской среды.

Где москвичи проводят свой досуг?

Московский институт социально-культурных программ запустил проект по созданию индекс-оценивающего качества городской среды, в том числе на уровне районов Москвы. Это исследование стало очень важным этапом в части городского развития не только в области культуры, но и во многих других аспектах городской жизни.

zelentsova

Елена Зеленцова

кандидат культурологии, доцент кафедры управления проектами МВШСЭН, первый заместитель руководителя Департамента культуры города Москвы

Когда мы говорим о городе, приводим примеры, часто выясняется, что у нас отсутствует системное, полное и глубокое знание о городе. Мы черпаем информацию в основном из традиционной статистики, которая никогда нам не расскажет о том, что всего лишь 11% москвичей предпочитают проводить досуг в своем районе, 23% всегда поедут на выходные в центр, а почти половина москвичей проводит свободное время дома на диване перед телевизором.

Данные, которые мы получили в последние годы, стали для многих открытием. Традиционная статистика нам про это не расскажет, но это очень важная история, которая поможет нам сформировать свою политику в части развития культуры в округах.

Остается очень много интригующих вопросов. Например, какова мотивация людей, которые не хотят выходить из дома? Каким образом нужно сформировать городские общественные публичные пространства, чтобы москвичи сегодня хотели в них приходить? Каким образом сделать привлекательными не только учреждения культуры, но и точки для проведения досуга и свободного времени в округах? В данном контексте город как сложный многоуровневый организм, который, наверное, сегодня в последнюю очередь состоит из домов или маршрутов общественного транспорта, а в первую очередь — из взаимоотношений людей. Этот сложный многоуровневый город, построенный на человеческих желаниях, надеждах, планах и мечтах, ждет своего внимательного исследователя.

В российско-британскую магистратуру Шанинки до 25 августа 2014 года идет набор по 9 направлениям: право, социология, Public History, международная политика, медиаменеджмент, Urban Studies, управление социокультурными проектами, практическая психология и менеджмент в сфере образования.