Что понималось под симфонией властей в византийской культуре? Каковы были отношения института папства с официальной властью в католическом мире? И как сегодня выстраивается социальная политика христианской церкви? Об этом рассказывает кандидат исторических наук Алексей Юдин.

Христианский платонизм в Византии разрабатывает знаменитую концепцию «симфонии властей». То есть у нас есть священство — это церковь, и есть империя — это царство. Как они соотносятся друг с другом? Предлагается некая модель дополнительности: у каждой свои функции, и есть граница, но при этом границу и та, и другая сторона, безусловно, будет нарушать. У церкви появляются некие возможности и полномочия вмешиваться в социальную жизнь, и она на этом не остановится, конечно же, потому что это ее задачи. И Новый завет прямо ставит эти задачи: помогать бедным, обездоленным, развивать церковную инфраструктуру — в общем, так или иначе помогать власти решать первоочередные задачи, которые относятся к человеку как к таковому. Власть тоже, соответственно, постоянно переходит эту границу.

Рекомендуем по этой теме:
7705
Институт папства
На Западе церковь постоянно расширялась, она наращивала свое политическое присутствие. Тем более что папы были — с самого начала, а уж к Средним векам-то и подавно — суверенными государями довольно значительной папской области, церковного государства, точнее сказать. Есть очень интересная схема, предложенная французским католическим мыслителем Оливье Лежандром: церковь с момента получения откровения наращивает свою духовную власть, потом власть нравственную, затем власть культурную и, наконец, власть политическую. Апогея все это достигает к началу XVI века, а затем идет постепенный откат. В начале XIX века от церкви уходит политическая власть, затем уже власть культурная (к началу XX века), а сейчас мы видим утрату морального авторитета, не говоря уже об изначальном влиянии церкви — чисто духовном.

После крушения папского государства верующие оказываются в состоянии странной шизофрении. С одной стороны, они, предположим, католики и должны делать так, как им говорит церковь, с другой стороны, они граждане совсем другого государства, где позиции церкви совершенно иные. И вот начинается развитие того, что в конце концов было названо в католической традиции социальным учением церкви. Это попытка понимания, описания и диалога с иной социальной реальностью, очень динамичной и крайне проблематичной. Тот самый социум, который мы имеем сейчас, информационный или постиндустриальный, — это новый вызов для христианства.