По каким принципам построена германо-франко-российская система образования? Как взаимосвязаны системы образования и права? И как происходит взаимовлияние различных школ? Об этом рассказывает доктор экономических наук Татьяна Клячко.

Реформы образования, которые проходят в России и в Европе, подтверждают, что англосаксонская система образования оказалась на передовых позициях, к ним все подстраиваются. Действительно, мы переходим на двухуровневую или даже трехуровневую систему высшего образования, вводим тестовую систему оценки знаний при переходе в высшую школу, пятилетнее высшее образование начинает дробиться на бакалавриат и магистратуру, и таким образом мы подстраиваемся, идем вслед за англосаксонской системой.

Германо-российская школа построена по дедуктивному методу; мы идем от общего к частному. Это движение от общих понятий, и поэтому в русском языке это проявляется очень четко: мы говорим «Вы меня поняли?», то есть мы работаем по понятию. Англосаксонская система образования — индуктивная, она идет от частного к общему и, собирая частное, получает некоторое знание более высокого порядка, и тогда говорит, что это и есть истина. Ей свойственны совершенно другие подходы к организации знания в противовес германо-франко-российской. Следствием организации системы образования российской, или германо-франко-российской школы было то, что в Германии, в России, во Франции было множество великих математиков.

Мы берем основания знания, которое идет от индуктивной системы, и пытаемся ввести это в дедуктивную. Но у нас так не выучены учителя, у нас так не построены учебники. Таким образом, получается не соединение двух систем, а их разрозненность; это ведет к тому, что качество образования начинает снижаться вне зависимости от того, хорошо вы учите или плохо. Потому что, когда элементы знания несогласованы, вы получаете не общую картину, а разрозненную, которая приводит к тому, что ученик не имеет в голове ни первой картины, ни второй. Когда мы «довешиваем» на это Единый государственный экзамен, при всей важности этого экзамена и при всей необходимости его введения, мы, опять же, берем элемент другой системы, вносим в нашу систему и, не осмыслив основания нашей системы, получаем то, что сейчас приводит к тому, что наши родители, наши ученики начинают отвергать это. А нам кажется, что детей натаскивают на требования ЕГЭ. Но то, что органично для системы индуктивного знания, не органично для системы дедуктивного знания. И, если бы мы вводили ЕГЭ, исходя из другого построения нашей системы образования, он был бы построен по-другому и, соответственно, отвечал бы задачам развития нашей системы образования, а не вел бы к тому, что теперь нам кажется, что мы утрачиваем лучшее в нашей школе и не получаем хорошего, что есть в школе другой.