В быту, да и в науке, ложь часто называют похожими понятиями, которые нельзя считать взаимозаменяемыми: неправда, мошенничество, обман. Сравните: насекомые палочники имеют форму сухой ветки, обезьяны и люди умеют притворяться испуганными, а жуки падают замертво, если их тронуть. Во всех случаях говорят: «Притворяется», хотя природа явлений разная.

Французский палочник Clonopsis gallica
Французский палочник Clonopsis gallica

Механизмы лжи

Ложь — это сокрытие, недонесение, искажение информации, которое может происходить как намеренно, так и ненамеренно. Здесь нужно помнить, что мы говорим о коммуникации, в которой есть реципиент и источник: важно понять, как воспринимает ложь каждый из участников. Обманывать можно, совершенно того не желая: ложь с точки зрения реципиента может не быть ложью с позиции источника ― и наоборот.

Если рассуждать о лжи в широком неопределенном понимании, то кто в мире честно себя ведет? Честно ли поступает заяц, когда на длинных ногах убегает от лисы? Честно ли ведет себя лиса, подкрадываясь к зайцу? Весь мир покажется сотканным изо лжи, если судить только по внешней форме. Природа явления говорит нам об обратном.

Рекомендуем по этой теме:

Механизмы и мотивации поступков бывают разными, а результат один — искажение информации, обман. По-моему, интересна природа обмана, а не результат, потому что только она позволяет разделить разнородные по сути, но сходные по форме и результату явления.

В научно-популярных (да и в научных) работах пишут об альтруизме у бактерий, животных и человека. Это удобная метафора, которая оценивает поведение по результату (не на «входе», а на «выходе»): кто-то ради кого-то чем-то пожертвовал. Но это явления разной природы. То же и с ложью: механизмы поведения различаются, а результат один.

«Лиса охотится на кролика»
«Лиса охотится на кролика»

Ложь в биологии

Биология также рассматривает явления искажения и сокрытия информации: мы исходим из того, что животные коммуницируют друг с другом. Согласно теории, появившейся во второй половине XX века, социальная среда, то есть сообщество себе подобных, — это ресурс, который можно эксплуатировать, а это подразумевает манипуляцию: заставить партнера сделать то, что выгодно тебе, и неважно, выгодно ему или нет.

Теория коммуникации как манипуляции партнером предполагает, с одной стороны, искажение информации, с другой стороны, способность не допустить этого искажения по отношению к себе самому: обмануть, но не быть обманутым.

Морфологические адаптации

В биологии существует много примеров того, как происходит искажение информации. Один из способов — это морфологические адаптации. Например, если насекомое похоже на палку — это искажение информации для птицы, которая его не заметит и не съест. Морфологические адаптации чаще всего связаны с борьбой за выживание.

Самые известные примеры морфологической адаптации — изменение формы животного. В процессе эволюции животные меняются, чтобы спастись от хищника. Это суть стратегии жертвы — морфологические приспособления, которые позволяют замаскироваться (например, осьминог притворяется скалой и меняет окраску).

Осьминог обыкновенный
Осьминог обыкновенный

Морфологический обман характерен и для хищников. У морской черепахи на кончике языка есть вырост, похожий на «червячка», и на него черепаха приманивает рыбу.

Самки бабочек после оплодотворения часто подвергаются «бессмысленным» преследованиям со стороны самцов — для размножения это уже бесполезно и только мешает спокойно жить. Одна из адаптаций против сексуальных домогательств заключается в том, что у некоторых видов бабочек самки похожи на самцов.

Стратегический обман

Существуют поведенческие стратегические обманы, когда в процессе эволюции меняется не форма, а поведение животного. Стратегический обман — это устойчивый признак, он характерен для всего вида, или отдельной морфы, или пола в пределах вида, поведение не меняется в зависимости от ситуации.

Такой вид обмана, как правило, связан с размножением. Некоторые самцы мух после спаривания начинают демонстрировать половое поведение, характерное для самок, отвлекая тем самым на себя самцов-конкурентов.

Многие пауки, изображая жертву, забираются в чужую паутину, а потом нападают на обманутого хозяина и съедают его. Самки одного из видов ос изображают половое поведение самок другого вида, всех слетевшихся на псевдосамку самцов съедают.

Паук-бокоход и пчела
Паук-бокоход и пчела

Есть пример сочетания морфологических и поведенческих стратегических адаптаций — низкий голос у копытных. У них морфологически изменен вокальный тракт, из-за чего появляется возможность понизить частоту голоса у самцов. Низкий голос ассоциируется с крупным размером и, соответственно, более высоким статусом. Так животное «притворяется» более крупным и более привлекательным для самок.

Тактические обманы у приматов

Тактические обманы, при которых поведение меняется в зависимости от ситуации, характерны для людей и некоторых животных, в основном для приматов. Скорее всего, тактические обманы обнаруживаются в основном у приматов ― просто потому, что мы сами приматы и нам проще зарегистрировать и понять их поведение.

Приматы живут группами, часто в лесу и питаются фруктами, которые распределены неравномерно: на деревьях или много, или мало фруктов. Обычно, если кто-то из обезьян нашел щедрое дерево, он привлекает внимание всей группы. Но бывают хитрецы, которые молчат, «берегут» его для себя. Это настоящий пример тактического обмана — ситуативное поведение, которое ведет к собственной выгоде, обделяя остальных.

Интересно, что это одновременно и пример морали у животных, потому что если обман раскроют, то последует суровое наказание от остальных членов группы или стада, и такое поведение, если обман обнаружен, вызывает агрессию.

Тактические обманы часто связаны с сокрытием еды. Бабуины, когда нужно отвлечь внимание сотоварищей от еды или прервать конфликт, издают фальшивый крик тревоги, как будто увидели хищника.

У приматов часто используются фальшивые жалобные крики, чтобы привлечь внимание родителей, особенно матери. Был такой пример: в полувольном содержании молодым шимпанзе раздали апельсины. Один из самцов съел свои фрукты, потом пошел к другому шимпанзе, у которого еще остались апельсины, и жалобно закричал. Мать якобы обиженного кричащего детеныша отобрала чужие апельсины для своего сына.

Мать и детеныш шимпанзе
Мать и детеныш шимпанзе

Для приматов существует целый каталог, фиксирующий тактические обманы, в 1990 году он содержал 247 случаев. Чтобы его составить, ученые разослали опросник по всем ученым-приматологам, чтобы те им прислали случаи зафиксированных тактических обманов. За 15 лет было описано всего около 240 случаев (люди, согласно некоторым опросам и экспериментам, врут в среднем полтора раза в день). Но, мне кажется, это не потому, что приматы мало обманывают тактически, а потому, что нам трудно это заметить.

Как часто можно обманывать

Есть хорошая работа о тактическом обмане у птиц, которые живут совместно с другими видами птиц. Чтобы отвоевать еду, они издают фальшивые крики опасности, пугающие птиц вида-конкурента.

Еще одна тема, затронутая в этой работе, касается того, что часто обманывать невыгодно. Теория и эволюционные модели говорят, что если все начинают обманывать, то исходно честный сигнал перестает иметь смысл. Это теория игр: эволюционно стабильная стратегия предполагает, что доля обманщиков всегда будет не очень большой, чтобы исходный сигнал, который подделывают, не потерял смысла. Это в теории, а на практике никто этого не наблюдал. Исследование на птицах показало, что они не только изображают фальшивый крик опасности, но и меняют частоту: иногда не обманывают, а иногда обманывают, поэтому «жертвы» ведутся.

Эволюция самообмана

Существование самообмана не вызывает сомнений, он есть даже у животных. Они могут раздуваться, казаться при этом очень большими — от этого повышается уверенность в себе. Мы и на бытовом уровне знаем о собственном самообмане. Но есть и эксперименты, которые доказывают, что мы с удовольствием обманываемся и постоянно это делаем: зачем-то создаем для себя искаженную картину мира.

Роберт Триверс предложил идею, что самообман эволюционировал как механизм повышения эффективности обмана, потому что если я сам себя обманул, то мне легче вести себя естественно, обманывая других, и обман тем самым труднее заметить.

Какие науки изучают ложь

Ложь — это понятие, которое объединяет под собой большое количество разнородных по своей природе феноменов. Его исследуют многие науки: социология, психология, антропология и даже экономика.

В биологии есть несколько направлений, которые так или иначе изучают обман. Эволюционная психология — это направление, которое исследует эволюционные корни психологии человека. Поведенческая экология ― это наука, пытающаяся объяснить адаптацию и эволюцию великого разнообразия поведения, которое нас окружает, — и животных, и человека.

С чего начать изучение обмана

Тем, кому интересно поведение животных и человека, нужно читать Джона Кребса и Николаса Дэвиса ― с 1978 года они издают учебник «Behavioural Ecology: An Evolutionary Approach». В первом издании была статья «Animal signals: mind-reading and manipulation». Есть отличная книга Дэвида Ливингстона «Why We Lie: The Evolutionary Roots of Deception and the Unconscious Mind». Обязательно нужно читать Евгения Панова ― это российский этолог, специалист, занимающийся поведением животных, у него есть книга «Знаки, символы, языки: коммуникация в царстве животных и в мире людей».

Ложь у животных и людей

В животном мире распространены тактические обманы, и в этом смысле мы, люди, от них не отличаемся. Разница только в масштабе явления.

Существуют эволюционные модели, которые связывают способность к обману с эволюцией мозга и социальной кооперацией. То есть ложь появилась в тот момент, когда появилась возможность использовать окружение в корыстных целях. Чтобы обманывать и не быть обманутым, нужен хорошо развитый мозг.

Вообще у животных очень сложно исследовать обман и ставить эксперименты: невозможно задать вопрос и получить на него разумный ответ или точно истолковать реакции. У человека, помимо этого, можно зафиксировать механически, как он обманывает, потому что у нас есть непроизвольные реакции, которые выдают: мимика, замедленная реакция. С животными это просто невозможно сделать, потому что нельзя задать вопрос, отвечая на который оно может соврать. В этом отношении человек — хороший и удобный объект исследования. На нем, как в иных случаях на мышах, удобно исследовать природу лжи.