Термин «разрушительное технологическое расстройство» (англ. disruptive technology disorder, DTD) был предложен для симптомов, связанных с влиянием новых технологий на организм человека, неврологом Дональдом Уивером из Исследовательского института Крембиля в Торонто в 2017 году. В статье, посвященной этому понятию, он анализирует гипотетические и реальные риски для здоровья, которые обсуждались в обществе в связи с шестью техническими новинками последних 150 лет.

В числе таких проблем упоминается «железнодорожный позвоночник» (англ. railway spine) — диагноз, введенный лондонским хирургом Эриксеном в 1866 году для описания неврологических последствий железнодорожных аварий. Тогда широко употреблялось понятие травматического невроза, под которым понималось тяжелое хроническое нервное состояние в отсутствие видимых физических травм, наступающее вследствие несчастного случая, — то, что в современной психиатрии называется посттравматическим стрессовым расстройством. В перечень технологических расстройств автор включил так называемое «лицо велосипедиста» (англ. bicycle face): так врачи XIX века называли напряженную мимику во время езды на велосипеде, которая считалась одной из угроз женскому здоровью. Считалось, что напряжение и концентрация, необходимые для управления велосипедом, портят внешний вид женщины; кроме того, любые проявления возбуждения от скоростного катания на новом транспортном средстве воспринимались с подозрением, так как контакт велосипедного седла с женскими гениталиями ассоциировался с мастурбацией. Сегодня подобные представления выглядят наивными, а термин «технологическое расстройство» пока не прижился в науке. Тем не менее опасения, связанные с высокими технологиями, продолжают существовать, равно как и реальные симптомы.

Синдром укачивания в VR-гейминге

Это частный случай кинетоза — так называемой болезни движения, когда зрительное и вестибулярное восприятия движения не совпадают: например, человек не видит самого движения, но постоянно его ощущает. Симптомы проявляются в автомобильных поездках или морских путешествиях: пассажир испытывает головокружение, усталость и тошноту. Одним из распространенных объяснений морской болезни является реакция организма на нейротоксины. Мозг принимает сенсорный конфликт за галлюцинацию и заключает, что она вызвана пищевым отравлением. Тогда активируется участок, отвечающий за вызывание рвоты (лат. area postrema). По другой гипотезе, причиной укачивания является постоянная стимуляция блуждающего нерва в результате нистагма — непроизвольных колебательных движений глаз высокой частоты, которые происходят при наблюдении за быстродвижущимся объектом или вызываются вестибулярной стимуляцией.

Далеко не любое взаимодействие с виртуальной реальностью должно сопровождаться укачиванием: оборудование способно согласовывать движения головы и глаз. Однако сбои или задержки в работе программного обеспечения разрушают этот баланс, и тогда даже небольшие движения головы могут вызывать неприятные ощущения. Чаще всего симптомы появляются, когда частота обновления картинки на экране слишком медленная, а разрешение картинки слишком низкое. Ученые из Университета Ватерлоо в исследовании 2018 года выяснили, что индивидуальную физиологическую реакцию на виртуальную реальность можно спрогнозировать, используя индивидуальные сенсомоторные показатели. Они измерили у испытуемых такие параметры, как контроль баланса и чувствительность к движению, и затем сопоставили их с симптомами, которые имели участники эксперимента после VR-симулятора космического корабля с нулевой гравитацией.

Синдром космической адаптации


Джейк Гарн

Космическую болезнь испытывают астронавты во время адаптации к невесомости. По симптомам это состояние похоже на морскую болезнь. Аппетит человека снижается, возникает тошнота и рвота, иногда случаются пространственные галлюцинации. Обычно это проходит на третий-шестой день полета и возобновляется при возвращении на Землю, так как астронавту приходится заново адаптироваться к гравитации. Советский космонавт Герман Титов стал первым человеком, перенесшим космическую болезнь 6 августа 1961 года. В первых космических кораблях практически не было пространства для перемещения астронавтов, поэтому симптомы были более мягкими, однако с расширением технических возможностей и усложнением космических миссий, которые требовали движения астронавтов, космическая болезнь проявила себя в полной мере. Одним из самых тяжелых случаев реакции на невесомость в астронавтике США был полет астронавта и сенатора Конгресса США Джейка Гарна в 1985 по программе Space Shuttle. После этого в NASA ввели шуточную шкалу измерения тяжести космической болезни в гарнах.

Частным вариантом космической болезни является адаптация к гравитации на других планетах. На Марсе гравитация составляет 38% от земной, что является преимуществом для техники, но препятствием для человека. Длительное пребывание на этой планете может привести к физиологическому изменению плотности костной ткани космонавтов, мышечной силы и кровообращения, что делает невозможным выживание в условиях Земли.

Синдром запястного канала

В отдельный синдром выделяется сдавление срединного нерва между костями, поперечной кистевой связкой и сухожилиями мышц запястья, которое вызывает онемение и боль в пальцах. Так называемый «туннельный синдром» считается профессиональным у работников, выполняющих монотонные сгибательно-разгибательные движения кисти, например, при сборке деталей, а также у музыкантов, художников и переводчиков. Существует идея, что туннельный синдром развивается при постоянной работе с компьютерной клавиатурой или мышью, однако результаты исследований противоречивы. Статистическое исследование 2017 года не продемонстрировало корреляции между использованием компьютера и развитием синдрома. Более ранние публикации также ставят под сомнение значимость этого фактора.

Синдром фантомных вибраций

Это состояние, при котором человек уверен, что его мобильный телефон звонит или вибрирует, хотя на самом деле этого не происходит. Исследование 2016 года выделяет особый тип людей, наиболее склонных к тому, чтобы испытывать на себе фантомные вибрации: такие люди часто беспокоятся из-за дружеских связей. Существуют и попытки биологического объяснения этого феномена: в коже человека есть два типа рецепторов — тельца Мейснера и тельца Пачини, способные ощущать низко- и высокочастотные вибрации соответственно. Оба типа рецепторов ощущают вибрации мобильного телефона на частотах 130 и 180 Гц. Трение одежды активирует те же рецепторы, что вызывает заученную ассоциацию и ощущение вибрирующего телефона. По предположению автора этого объяснения, нейробиолога Слиман Бенсмаи из Университета Чикаго, за это может отвечать соматосенсорная кора.