Теория политических рынков на сегодняшний день представляет собой наиболее интересную сферу исследований на границе экономики, политической науки и науки о мировой политике. На протяжении последнего десятилетия она позволила получить целый ряд важных выводов, направленных на повышение эффективности экономической политики.

Данная теория выросла на основе целого ряда научных направлений. В экономической науке это прежде всего теория общественного выбора, двое отцов-основателей которой — Джеймс Бьюкенен и Гэри Беккер — стали лауреатами Нобелевской премии. В рамках политической науки вопросы функционирования политических рынков активно рассматривались представителями теории рационального выбора, в науке о мировой политике — специалистами в области международной политической экономии.

1

Теория политических рынков акцентирует внимание на рыночном характере взаимодействия политических субъектов. Это значит, что при анализе процессов принятия политических решений (например, решений о вступлении России в ВТО или о формировании Таможенного союза) мы четко разделяем участников данного процесса на две группы. С одной стороны, это субъекты, предъявляющие спрос на соответствующее решение, с другой — субъекты, осуществляющие его предложение. Между этими субъектами происходит обмен рыночного типа: чтобы получить нужное им решение, субъекты спроса «платят» определенную «цену» субъектам предложения. Фактически здесь имеет место использование принципа экономического империализма, когда характерные для экономической науки методологические подходы применяются для анализа неэкономических явлений — в данном случае политических.

Рекомендуем по этой теме:
4816
Глобальное управление

Соответственно, когда мы рассматриваем то или иное политическое решение, мы воспринимаем его не как плод фантазий или идеологических предпочтений политиков и их советников, а как результат рационального взаимодействия между теми, кто предъявляет спрос на соответствующие решения и теми, кто осуществляет их предложение. В качестве субъектов спроса традиционно рассматриваются избиратели и группы давления — лобби, представляющие бизнес-интересы или интересы иных общественных групп. На стороне предложения чаще всего рассматриваются субъекты принятия политических решений — политики и чиновники. Политики — это те, кто зависит от результатов выборов, чиновники — те, кто от них не зависит. Взаимодействие между данными группами субъектов имеет ключевое значение для анализа политических рынков национального и субнационального уровня. На более высоких уровнях анализа политических рынков мы выходим на изучение процессов принятия решений в рамках региональных интеграционных объединений или глобальных механизмов управления экономическими или политическими процессами (ВТО, МВФ, ООН и так далее).

Афонцев С. А. Политические рынки и экономическая политика. М.: Комкнига, 2010.

2

В рамках чисто теоретического рассмотрения вопросов функционирования политических рынков были получены очень интересные результаты, публикуемые в ведущих экономических и политологических журналах. Но еще более значимыми представляются те выводы, которые следуют из теории политических рынков для практического анализа тех процессов, которые связаны с выработкой политических решений.

Возьмем, например, влияние работы политических рынков на выработку экономической политики. В чем достоинства рассматриваемого подхода и в чем его практическая значимость? Прежде всего, мы оказываемся в состоянии проникнуть на «кухню» политического процесса и понять, почему принимаются те или иные решения, которые, с точки зрения экспертов или простых граждан, могут казаться неоптимальными. Но когда мы смотрим на политическую подоплеку соответствующих решений с рыночных позиций, то выясняется, что за теми малопонятными и, казалось бы, не совсем рациональными решениями, которые мы видим, часто стоят влиятельные силы, предъявляющие спрос на экономическую политику. В зависимости от конфигурации сил спроса на экономическую политику и ее предложения мы можем определить и характер текущей политики (почему она такая), и ожидаемый характер будущей политики (что можно ждать в будущем).

Рекомендуем по этой теме:
5250
Теория политических рынков

Афонцев С. А. Политико-экономический анализ внешнеторговой политики // Экономическая школа, 2011, № 7, с. 31–42.

3

В качестве примера можно указать на целый ряд эмпирических исследований структуры регулирования внешней торговли. Эти исследования проделывались применительно к США, к ряду стран Европейского Союза и Восточной Азии. На основе результатов этих работ можно ранжировать приоритеты деятельности правительств, что позволяет предугадать их следующий шаг. В частности, исследование структуры регулирования внешней торговли России показало, что в системе приоритетов правительства первостепенное роль играет мотив получения бюджетных доходов. Вторым по степени важности фактором является повышение благосостояния граждан страны, и — парадоксальным образом — лишь третье место занимают интересы бизнес-групп, которые лоббируют соответствующие решения.

Adam Ch. and Dercon S. The Political Economy of Development: An Assessment // Oxford Review of Economic Policy, Volume 25, Number 2, 2009, p.173–189.

4

Когда мы рассматриваем комплекс решений, связанных с состоявшимся в 2012 году присоединением России к ВТО, мы видим, что в качестве основных экономических потерь от членства в ВТО правительство называет потерю бюджетных доходов. Это как раз то, о чем, в соответствии с проведенными ранее исследованиями, правительство должно заботиться более всего. В качестве выгод от присоединения к ВТО правительство называет возможное удешевление товаров для рядовых потребителей (в первую очередь для низкообеспеченных слоев населения), что показывает его заинтересованность в учете благосостояния избирателей. При этом практически игнорировалась мощная оппозиция со стороны бизнес-интересов, которые активно лоббировали против присоединения России к ВТО. Таким образом, на основе эмпирического анализа процессов выработки внешнеторговой политики были идентифицированы именно те мотивы, которые впоследствии сыграли свою роль при принятии решения о присоединении России к ВТО.

Bonardi J.-Ph., Hillman A.J. and Keim G.D. The Attractiveness of Political Markets: Implication for Firm Strategies // Academy of Management Review, 2005, v.30, no.2, p.397–413.

5

Одна из наиболее интересных практических проблем сегодня связана с анализом антикризисной политики, в частности, в США и в Европейском Союзе. Многие из тех решений, которые на первый взгляд кажутся непонятными, объясняются исключительно соотношением сил спроса и предложения на политическом рынке. В частности, многие назревшие меры в сфере бюджетной политики и сокращения размеров государственного долга сегодня откладываются или вообще не рассматриваются. Большинство экспертов убеждены, что эти меры необходимы, но парадоксальным образом они не реализуются. Это означает, что соответствующие решения просто блокируются субъектами политических рынков, интересам которых они противоречат.

Castanheira M., Nicodème G. and Profeta P. On the Political Economics of Tax Reforms: Survey and Empirical Assessment // Condorcet Center for Political Economy Working Paper no.2012-08-ccr, March 2012.

6

Если мы понимаем механизмы принятия политических решений — каков следующий шаг? Что мы можем предложить политикам? Если все регулируется политическими рынками, значит ли это, что ничего изменить нельзя? Разумеется, можно. Теория политических рынков позволяет предложить алгоритм выработки рекомендаций для экономической политики. Какие рекомендации нужно предлагать политиков? Как правило, это не должны быть «идеальные», самые эффективные рекомендации. В большинстве случаев такие рекомендации не будут восприняты политиками и не получат поддержку субъектов, предъявляющими спрос на экономическую политику. У этих субъектов совсем другие интересы, им не нужны «идеальные» рекомендации. Имеет смысл предлагать такие рекомендации, которые являются экономически наиболее эффективными из числа политически приемлемых. Если мы определим круг политически приемлемых рекомендаций и выберем из них те, которые в наибольшей степени ориентированы на решение интересующей нас проблемы, есть шанс, что эти рекомендации будут поддержаны. Если же мы будем формулировать абстрактные, оторванные от политического процесса рекомендации просто потому, что они являются «правильными» с точки зрения экономической теории, мы рискуем остаться у разбитого корыта. Субъекты принятия политических решений такие рекомендации просто проигнорируют.

Drazen A. Political Economy in Macroeconomics. Princeton: Princeton University Press, 2000.

7

В настоящее время в науке сложилась очень интересная ситуация. В 1990-е годы был предложен ряд принципиально новых экономических моделей, которые, с точки зрения формально-теоретического аппарата, позволяют объяснять равновесные результаты функционирования политических рынков. С конца 1990-х годов по 2000-е годы появился огромный комплекс эмпирических исследований, посвященных тестированию тех гипотез, которые вытекают из теоретических моделей. Многие из этих гипотез подтвердились — как и многие предсказания, полученные на их основе (например, в рассмотренном ранее случае с присоединением России к ВТО). Сейчас возникла некоторая пауза, которая, на мой взгляд, должна привести к новому всплеску активности в деле разработки теоретических моделей. Прежде всего, я жду появления таких моделей в сфере анализа макроэкономической политики с учетом того, что эта тема стала крайне актуальной в условиях глобального кризиса. Определенные достижения здесь уже есть — в частности, применительно к вопросам анализа бюджетной политики и финансовых рынков. В академическом сообществе уже сформировался значительный спрос на новые теоретические прорывы — а этом позволяет надеяться, что эти прорывы не заставят себя долго ждать.

Grossman G.M. and Helpman E. Protection for Sale // American Economic Review, 1994, v.84, no.4, p.833–850.