Спарта (Лакедéмон) была главным городом Лаконики — области в южной части Пелопоннеса, которая охватывала плодороднейшую долину реки Эврот и прилегающие гористые местности. Племена дорийцев пришли в Лаконику, очевидно, в XI веке до нашей эры и обосновались там, постепенно подчинив местное ахейское население. Полис Спарта образовался около 1000 года до нашей эры в результате объединения четырех поселений, впоследствии к ним присоединилось и пятое поселение — Амиклы. Порабощенное население спартанцы называли илотами по названию ахейского поселения Илос (Гелос) в южной Лаконике. Жителей менее плодородных районов Лаконики, которые сохраняли личную свободу, спартанцы называли периэками (‘живущими рядом’).



К середине VIII века до нашей эры вся Лаконика уже была подчинена спартиатами (гражданами Спарты), и Спарта вела войны с соседним Аргосом за обладание пограничной областью Кинурией и за лидерство на полуострове Пелопоннес. В это время другие греческие полисы в значительной степени из-за нехватки земли стали активно выводить колонии за пределы Балканской Греции. Спарта основала лишь Тарент в Южной Италии в конце VIII века до нашей эры; колонистами стали, согласно преданию, дети от смешанных браков спартанских женщин и неграждан. В связи с ростом населения в Спарте ощущалась нехватка плодородных земель, нарастали социальные противоречия, как и во всей Греции. Раздражители были теми же, но реакция оказалась иной: все силы Спарты были направлены не на колонизацию заморских земель, а на завоевание Мессении — соседней области на юго-западе Пелопоннеса. В результате 1-й Мессенской войны (736–720 гг.) Мессения была захвачена спартанцами, а ее население превращено в илотов. Век спустя, во второй половине VII века до нашей эры, мессенцы восстали под предводительством Аристомена (2-я Мессенская война). Но, несмотря на поддержку со стороны полисов Аркадии и Аргоса, мессенцы потерпели поражение и были окончательно порабощены.

Ликургов строй

Мессенские войны потребовали мобилизации всех сил коллектива спартанских граждан и послужили толчком к принятию законов Ликурга, о которых до сих пор спорят историки. Ликург — один из главных спартанских мифов, о нем до сих пор спорят историки. Еще греческий биограф римского времени Плутарх, живший спустя около 700 лет после описываемых событий, писал: «О законодателе Ликурге невозможно сообщить ничего строго достоверного: и о его происхождении, и о путешествиях, и о кончине, а равно и о его законах, и об устройстве, которое он дал государству, существуют самые разноречивые рассказы. Но более всего расходятся сведения о том, в какую пору он жил». В другом месте Плутарх упоминает о Ликурге как об одном из основателей Олимпийских игр (первые игры прошли в 776 году до нашей эры). Сейчас невозможно выяснить, насколько реален его образ. Во всяком случае, с именем Ликурга связывались те изменения в законодательстве, которые сделали Спарту уникальным в Греции «гоплитским государством». Согласно традиции, Ликург получил в Дельфах ретру (оракул), предписывавшую ему провести преобразования. Реформы проводились, очевидно, в конце VII века до нашей эры.

Гражданский коллектив Спарты был преобразован в общину «равных» (гомеев). Плодородные земли были поделены на 9 тысяч (по другим сведениям, на 6 или 7 тысяч) равных участков (клеров — ‘жребиев’), каждый из которых должны были обрабатывать несколько семей илотов. Половина урожая должна была отдаваться спартанцу — владельцу клера. Мужчины-граждане становились воинами и только воинами. Любой другой вид деятельности для них стал немыслим.

В Спарте в необычной для Греции форме сохранилась царская власть: два царя (басилея), которые считались потомками Геракла, пользовались большим почетом, возглавляли спартанское войско во время походов, однако их функции в самой Спарте были незначительны. Вместе с 28 геронтами (старцами) они составляли герусию (совет старейшин) — орган, который играл важную роль и фактически предопределял решения народного собрания (апеллы). Апелла, на которую собирались все спартанцы, считалась высшим органом власти: она избирала должностных лиц, утверждала решения по важнейшим вопросам, например по вопросам войны и мира и др. Но на рассмотрение апеллы выносились уже готовые проекты, которые одобрялись либо отвергались весьма примитивным способом: учитывалась сила крика. Чисто спартанским институтом был эфорат, появившийся несколько позже ликурговых законов. Каждый год избирались пять эфоров (наблюдателей), призванных обеспечить исполнение и неизменность ликурговых законов. Их права были столь велики, что они могли отстранять от власти даже царей.

Спартанское воспитание и образ жизни

Жизнь спартанца регламентировалась от рождения до смерти. Единственным занятием гражданина Спарты была война, к которой его готовили с самого рождения: маленьких детей не кутали, закаляли, скудно кормили. Существует миф о том, что болезненных детей после осмотра старейшинами умерщвляли, позволялось воспитывать только тех, кто был признан здоровым. Современные антропологи и историки не считают этот обычай достоверным; к примеру, известный спартанский полководец Лисандр был хромоногим.

С семи лет мальчиков обучали в одной большой школе по гражданской системе воспитания — агогэ. Цель обучения состояла в том, чтобы сделать их смелыми, равнодушными к боли и дисциплинированными, немногословными. Спартанцы выражались емко и кратко — отсюда слово «лаконичный». Муштра в этих школах была настолько жесткой, что будущие воины шли на войну как на праздник, так как во время походов были некоторые послабления. В этих же школах детей обучали минимальной грамоте, для того чтобы они могли читать военные донесения. Старшие мальчики (ирены) управляли младшими. Роль однополой любви в таких взаимоотношениях признавалась важным обычаем в процессе воспитания воинов. Так прививался коллективизм, без которого невозможно сражаться плечом к плечу. Благодаря суровому коллективному воспитанию спартанская фаланга считалась непобедимой.



Брак разрешался по достижении двадцатилетнего возраста, но до тридцати лет мужчина должен был жить среди сверстников, навещая жену только ночью. После тридцати лет он становился полноправным гражданином. Каждый гражданин становился участником общего стола (сисситии) и должен был обедать с другими его членами, внося свой вклад в виде продуктов, полученных от земельного участка. Согласно государственному устройству Спарты, в ней не было ни нуждающихся, ни богатых. Никому не разрешалось иметь золото или серебро. В то время как по всей Греции уже распространились монеты, в Спарте продолжали пользоваться неудобными и громоздкими железными деньгами. Обогащение сделалось невозможным, а само стремление к нему считалось постыдным.

Спартиаты, периэки, илоты

Сложившееся в Спарте политическое устройство обеспечивало права господствующей социальной группы спартиатов (гомеев — «равных») и эффективную систему подчинения и угнетения других социальных групп спартанского общества, весьма значительных по численности. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что в битве с персами при Платеях в 479 году до нашей эры, помимо 5 тысяч спартиатов, принимали участие 5 тысяч периэков и 35 тысяч илотов.

Периэки жили в поселениях в гористой местности в Лаконии и пользовались внутренним самоуправлением. В каждом периэкском поселении был гармост — представитель Спарты, осуществлявший надзор. Периэки служили в спартанском войске гоплитами и, несмотря на отсутствие политических прав, оставались в целом надежной опорой спартиатов. Их главными занятиями были ремесло и торговля. После запрета спартиатам заниматься любыми связанными с обогащением видами деятельности периэки в этих сферах были вне конкуренции и, несмотря на упадок внешней торговли после реформ Ликурга, обеспечивали Спарту всеми необходимыми товарами — особенно ценились простые предметы обихода и лаконское оружие.

Илоты были самой многочисленной группой населения Спартанского государства. Фактически они находились на положении государственных рабов, вынужденных отдавать спартанцам половину урожая. Илотами стали и жители завоеванной спартанцами Мессении, так что общая их численность, вероятно, в десять раз превосходила численность спартиатов. В отличие от рабов в других греческих государствах, илоты жили компактно семьями, принадлежали к одному племени, ненавидели спартиатов («Готовы были пожрать их живьем», — писал один древний автор). Всегда существовала опасность восстания илотов, особенно в периоды внешней опасности или внутренних неурядиц в Спартанском государстве. Так, в 464 году до нашей эры после страшного землетрясения, когда погибло много спартиатов, илоты восстали и даже пытались захватить саму Спарту, а затем в течение десяти лет сопротивлялись угнетателям. Постоянная опасность восстания илотов и была главной причиной милитаризации Спарты. По отношению к илотам любая жестокость считалась оправданной, и время от время спартиаты устраивали криптии (облавы на молодых и сильных илотов). При этом преследовалась двойная цель: убийство молодых и сильных илотов уменьшало опасность восстания, а участвовавшие в этих акциях молодые спартиаты приучались ненавидеть угнетенных и не страшиться жестокости по отношению к ним.

Женщины-спартанки

Гражданин греческого полиса — это прежде всего воин. Женщины не обладали политическими правами в Древней Греции, поскольку не воевали. Однако именно женщины «милитаризованной» Спарты пользовались, по сравнению с другими греческими полисами, относительной свободой, и их жизнь не была подчинена столь жесткой регламентации, большими правами они пользовались и в семье. Воспитание девушек имело целью воспитание будущих матерей.

Большую часть времени мужчины-спартанцы находились в обществе сограждан-мужчин, часто уходили на войну. В их отсутствие жены должны были иметь возможность хотя бы в какой-то степени противостоять восставшим илотам, поэтому с детства они воспитывались так же, как мальчики. Занятие спортом — бегом, борьбой, метанием диска и дротика — было для них обязательным, в отличие от домашних дел. До своего замужества спартанки оставались в родительском доме. Но, в отличие от других греческих девушек, они не жили затворницами. Они обязаны были участвовать в празднествах и торжественных процессиях, в том числе петь и танцевать на них без одежды или в коротком хитоне в присутствии молодых людей. По всей Греции спартанок насмешливо называли «обнажающими бедра» за то, что они носили короткую одежду. Афинянки считали, что спартанки помыкают своими мужчинами. Существует исторический анекдот о жене знаменитого спартанского царя Леонида, которую спросили, как ей удается управлять мужами. Она же ответила: «Мы единственные, кто рожает мужей». Деторождение в Спарте очень поощрялось. Каждый гражданин должен был иметь сына. К холостякам относились плохо, всячески унижали, заставляли ходить нагими в холод, не уступали места.


Молодые спартанские женщины вызывают на бой юношей (Edgar Degas

Для того чтобы снизить риск смерти при родах, брачный возраст девушек в Лакедемоне, единственном полисе Греции, был ограничен: не моложе 18 лет. Афинские девушки, в отличие от спартанок, выходили замуж в 14–15 лет. При этом спартанцы сохраняли архаичные обычаи, была возможна однополая женская любовь и полиандрия. У двух братьев могла быть одна жена. Если муж стар, а жена молодая, он мог пригласить в дом достойного, по его мнению, чужого молодого человека, при этом ребенок от такой связи оставался у мужа.

Женщина Спарты должна была вырастить настоящего воина, который мог бы завоевывать новые земли и отражать напор врагов, поэтому спартанки должны были контролировать свои эмоции. Когда мать провожала сына, уходящего на войну, она говорила: «Возвращайся со щитом или на щите». Потерять щит считалось бесчестьем, он играл большую роль, в том числе символическую, и даже использовался как колыбель для мальчиков. Об уникальном положении спартанских женщин свидетельствует случай, произошедший в IV веке до нашей эры: спартанка Киниска, сестра царя Агесилая, стала победительницей Олимпийских игр, выставив на соревнования четверку лошадей.

Спарта после Ликурга

«Реформы Ликурга» изменили характер спартанского общества. До первой половины VI века до нашей эры Спарта не выделялась из других архаических греческих полисов: в ней процветала поэзия, лаконская расписная керамика и бронзовое литье считались одними из лучших в Греции. Но после середины VI века происходит перелом: отныне и вплоть до римского времени Спарта не дала Греции ни одного поэта, философа, художника, деградирует лаконское ремесло, переключившееся на выпуск простых, примитивных в художественном, и техническом отношении вещей. Значительно сократилось даже число олимпийских победителей-спартиатов. Все силы спартанского общества были направлены на сохранение системы равенства среди граждан и на подавление угнетенных слоев населения.

Претерпевает некоторые изменения и внешняя политика Спарты. После завоевания Мессении Спарта отказывается от намерения расширять свои владения в Пелопоннесе: заканчиваются многолетние войны с Тегеей. В VI веке до нашей эры начинается формирование Пелопоннесского союза — достаточно аморфного федеративного образования полисов Пелопоннеса, в котором Спарта играет главенствующую роль (его официальное название — «лакедемоняне и союзники»). Союзники не платили дань, сохраняли независимость во внутренних делах, но должны были выступать вместе против общего врага.

К Пелопоннесскому союзу примкнули не только аграрные полисы полуострова, но и такие богатые города Истмийского перешейка, как Коринф и Мегары, нуждавшиеся в помощи Спарты в борьбе с Афинами. Единственным крупным полисом Пелопоннеса, не примкнувшим к союзу, был давний враг Спарты Аргос. Спарта и Пелопоннесский союз играли консервативно-стабилизирующую роль в Греции: они способствовали низвержению тираний (например, тирании Писистратидов в Афинах), препятствовали распространению демократических преобразований. Пелопоннесский союз во главе со Спартой наряду с Афинами сыграл решающую роль в отражении персидского нашествия на Грецию.

Демографическая катастрофа и упадок Спарты

После разгрома персов при Платеях в 479 году до нашей эры Спарта постепенно отходит от активного участия в греко-персидских войнах, уступая Афинам лидерство в греческом мире. Разрушительное землетрясение 464 года и последовавшее за ним восстание илотов (3-я Мессенская война) привели к большим потерям среди спартиатов, число граждан-воинов постепенно уменьшается. Несмотря на это, Спарта вместе с союзниками стала победителем в разрушительной Пелопоннесской войне 431–404 годов, сумев разгромить Афины. Приток богатств и знакомство с обычаями других греков разлагает «общину равных». Окончательный удар господству Спарты в греческом мире наносит поражение от фиванцев при Левктрах в 371 году до нашей эры. Спарта теряет Мессению и становится рядовым полисом, обремененным воспоминаниями о великом прошлом.

Спартанский миф

Многие греческие историки и философы рассматривали Спарту как воплощение мечты об идеальном «гоплитском» государстве, в котором существует равенство граждан. Этому способствовало то, что аристократы греческих полисов считали спартанцев своими естественными союзниками в борьбе против демократических преобразований. Наблюдателей поражала стабильность спартанского общества, отсутствие периодов тиранического правления, законопослушность спартиатов.

Большинство знаний о Спарте ученые получают из афинских источников, однако их достоверность ставится под сомнение. Спарта была закрытым обществом, на ее территории нельзя было жить иностранцам, а спартиаты не могли выезжать за пределы Спарты, если только они не выполняли военно-политических поручений. Поэтому степень мифологизации спартанской истории очень велика.

Практически все наши знания о Спарте восходят к афинским источникам, как и подавляющее большинство всех прочих сведений о Древней Греции. Афинские аристократы были, как правило, лаконофилами и восхищались спартанским государственным устройством. Именно они породили спартанский миф. Платон написал свои труды «Государство» и «Законы» на основе спартанского опыта. Но несмотря на то, что афинские аристократы восхищались Спартой, мало кто из них хотел туда переселиться. Этим они очень напоминают европейских левых интеллигентов — поклонников Советского Союза. Восхищаться — это одно, а переезжать и жить — совсем другое.

Впрочем, и Платон, и Аристотель указывали, что совершенства удалось достичь лишь в сфере военной и физической подготовки: мужество, смелость, ловкость и дисциплинированность спартанцев вошли в поговорку. Однако в жертву было принесено интеллектуальное развитие, развитие литературы, искусств, философии. Спарта, несмотря на ее огромное значение, осталась единичным, уникальным примером, в котором многие характерные черты полиса были доведены до логического конца.

Тем не менее спартанский миф живуч и сейчас: в битве при Фермопилах вместе со спартанцами сражались и фиванцы, и тегейцы, и граждане других полисов, но мы вспоминаем героическую гибель спартанского царя Леонида и трехсот спартанцев и говорим: «Это Спарта!», когда видим перед собой стойкость, мужество, дисциплину и беззаветную преданность родной стране.