Сериал «Теория большого взрыва», видимо, появился как отклик на известный тезис smart is the new sexy. По мере развития этой мысли люди бросились искать образы, которые можно было бы воплотить в длинном сериале, причем в разных жанрах. Классический пример действительно длинных сериалов (не таких, как новый Холмс с Бенедиктом Камбербэтчем) — это, во-первых, «Доктор Хаус». Довольно быстро стало ясно, что врач — хороший образ для воплощения идеи smart is the new sexy, но, с другой стороны, людям хотелось найти что-то еще. Мы видим, что во всех странах начали копировать «Доктора Хауса», используя отечественные реалии. В России сняли сериал с карикатурным персонажем, исполняемым Охлобыстиным, который драматически отличается от Хауса и не вписывается в понятия smart и sexy. Но есть и другие удачно найденные образы — судмедэксперты, как доктор Кости, в сериале «Кости». Были опробованы разные идеи, но, наверное, хотелось не только придумать серьезный детективный сериал, но и сделать какой-то ситком. И здесь сценаристы и продюсеры оказались в довольно непростой ситуации: сделать разумный ситком про ученых очень трудно. И удивительно, что они все-таки нашли удачный рецепт и придумали «Теорию большого взрыва».

В качестве героев надо было взять именно молодых ученых, то есть людей, с одной стороны, уже достаточно сложившихся (которые уже не студенты, не аспиранты), но, с другой стороны, еще не обремененных бытом и кучей обязанностей. В карьере западного ученого почти обязательно есть такой период, который называется postdoc. Это период, когда человек уже получил степень, но еще не получил постоянную позицию и, соответственно, не оброс большим количеством административных дел, преподаванием и необходимостью самому отвечать за какую-то группу исследователей.

Рекомендуем по этой теме:
13333
Многообразие планет

Период postdoc может длиться у ученых в среднем от 3–4 до 7–8 лет. Это по-разному бывает в разных специальностях и разных странах. Это промежуток, когда молодой ученый, получив кандидатскую степень, работает, как правило, по 2–3-летним контрактам в разных лабораториях, университетах, институтах. При этом он может переезжать с континента на континент: один postdoc — в Австралии, другой — в Канаде, третий — в Голландии. При этом люди должны в основном заниматься исследованиями. Они чаще всего не должны преподавать и не несут административной нагрузки. В это время, по сравнению с предыдущими студенческими, аспирантскими годами, у людей резко вырастает доход. Он, как и показано в фильме, невелик. Мы видим, что среди героев сериала самый большой доход у Бернадетт, которая сразу после защиты ушла в индустрию (полезно задуматься над этим, чтобы не лелеять ложных иллюзий). Соответственно, этот резко возросший доход создает весьма специфическое ощущение. Люди иногда впервые могут снимать отдельные квартиры, покупать себе машины и так далее — и все без помощи родителей. Все это в целом создает позитивное настроение. Приобретается много свободы: финансовой, рабочей. Не редкость, когда часть времени postdoc может тратить на свои собственные проекты. Поэтому это очень яркая полоса в жизни ученого.

Многие коллеги-ученые, которым, как и мне, сейчас слегка за сорок или больше, с легкой или тяжелой ностальгией вспоминают об этих годах как о самых ярких в своей жизни. В эти годы уже не нужно думать о защите в срок и других сложных вещах. Ученые в это время полны сил, у них много времени, уже есть какие-то деньги. Поэтому это действительно хороший период жизни. Настроение postdoc, которое передали создатели сериала, — первая составляющая рецепта. Вторая составляющая заключалась в том, что надо было выбрать сумасшедших ученых. Самое большое преувеличение сериала «Теория большого взрыва» в том, что такое большое количество «сумасшедших» сконцентрировалось вместе. В итоге получился карикатурный сериал о жизни молодых ученых.

Во всем мире коллеги любят находить себя среди героев сериала. Меня с этим сериалом познакомил Ксавье Бекаерт. Он впервые указал мне на актуальность его просмотра. В каком-то смысле он мог бы подходить в качестве одного из персонажей подобной эпопеи. Вместе с Ксавье и еще одним струнным теоретиком, Мирианом Цулая, мы провели два незабываемых года в Падуе и какое-то время даже снимали все вместе квартиру. Так что в некоторый момент я почти что жил внутри сериала «Теория большого взрыва», поскольку многие вещи действительно узнаваемы. До некоторой степени узнаваема и общая атмосфера, пусть без каких-то важных деталей в духе повального увлечения «Звездными войнами» (хотя у Ксавье в комнате висел огромный плакат с Йодой). Сериал не является полной фантазией. Но делать на его основе далеко идущие выводы о социологии современных ученых было бы, конечно, неразумно.

Рекомендуем по этой теме:
34889
5 фильмов о космических полетах

Нельзя сказать, что кто-то из героев сериала является типичным физиком, астрономом или биологом. Выбраны или достаточно необычные, или в заметной степени карикатуризированные персонажи, которые сведены вместе. С другой стороны, можно сказать, что каждый из них мог бы существовать, но в реальной жизни такой человек, конечно же, воспринимался бы окружающими очень странно, а не как типичный ученый.

Мировая известность этого сериала показывает, что его создателям удалось воплотить образ smart is the new sexy. Скажем, самих актеров, судя по их интервью, поразила популярность сериала в Мексике — в не самой научной стране в мире. Даже в Белоруссии предпринималась нелегальная попытка сделать клон этого сериала. С одной стороны, будет преувеличением ставить знак тождества между популярностью и сексуальностью, но мне кажется, что в современном обществе это не такое уж большое преувеличение. То есть мы можем сказать, что массовая популярность тождественна «круто», а «круто» примерно равно сексуальности в восприятии молодежи начала XXI века.