Мы сейчас наблюдаем довольно-таки странное явление. Пожалуй, наиболее драматическое со времен начала вакцинации в XIX веке в Англии, сегодня часть общества абсолютно не хочет либо не может воспринимать достижения сельскохозяйственной биологии. В первую очередь мы, конечно, говорим о трансгенных растениях. Так как трансгенных животных практически нет, кроме аквариумных рыбок — glow fish (светящихся рыбок). Что касается медицинской биотехнологии, то общество воспринимает ее достаточно благоприятно.

1. Об уровне образованности общества

В 2013 году портал slon.ru провел интересный эксперимент. На сайте была выложена анкета из 12 вопросов, для того чтобы определить интеллектуальный уровень среднего россиянина. Среди этих вопросов был коварный, во многом это даже провокационное заявление, что «обычные растения не содержат генов, а гены содержатся только в трансгенных растениях». И 71% россиян согласились с этим утверждением. Это, конечно, катастрофа, и это показывает, что уровень знаний недостаточно высокий, хотя надо сказать, что европейцы тоже недалеко ушли. У них речь шла о трансгенных томатах, но суть приблизительно такова, что около 60% не сумели себе представить обычный томат, который содержит геномы.

Рекомендуем по этой теме:

Почему так происходит? Почему 170 млн га в 2012 году заняты трансгенными растениями? Это территория больше пахотных земель России, и каждый год эти территории растут. А с другой стороны мы видим демонстрации «зеленых», видим мощное протестное движение, видим альтернативные эксперименты. Почему происходит такое расслоение общества?

2. Трансформационное событие

Нужно в первую очередь понять, о каких растениях идет речь и против каких растений общественность настроена. Для этого не лишне совершить короткий экскурс и определить, что же такое трансгенные растения. Здесь необходимо вспомнить «трансформационное событие». Ученые так называют то растение, которое в принципе проходит государственную регистрацию. Трансформационное событие — это набор случайных событий при генетической трансформации. Используются агробактерии либо баллистическая трансформация. После эксперимента вы получаете набор независимых трансформантов — это порядка 10 000 растений. Если меньше, то считается, что вы не владеете этой технологией. И среди 10 000 этих независимых трансформантов вы отбираете только один, который соответствует задаче вашего эксперимента, то есть содержит тот признак, который вы хотели привнести, используя генно-инженерную конструкцию. А, как правило, остальные признаки практически не отличаются от исходного организма. Но поскольку процесс генетической трансформации — это статистический процесс, то каждый раз у вас генно-инженерная ДНК встраивается в разные места генома.

Рекомендуем по этой теме:

Как это происходит: в одном случае она встраивается в одно место, в другом — в другое. Допустим, в каком-то месте функциональный сайт был нарушен, регуляторика была нарушена, в другом месте сайт был достаточно нейтральный, и сюда встраивается генно-инженерная ДНК, таким образом получается нужный признак. Но это уникальное место, в котором произошла вставка ДНК, и вокруг этого места есть уникальное геномное окружение. И это называется «независимое трансформационное событие», которое, собственно, и подлежит дальнейшей регистрации. И все потомки этого растения — либо клональное, либо семенное потомство — дадут начало этой линии, которая будет регистрироваться. Но, перед тем как это произойдет, должны пройти необходимые процедуры оценки на биобезопасность.

3. Испытания на биобезопасность

Что они в себя включают? Как правило, существуют государственные органы, которые обладают определенной методикой, для того чтобы определить и оценить те или иные риски, которые связаны с высвобождением данного организма в окружающую среду. Такие эксперименты называются «испытания на биобезопасность». Они включают в себя как исследования взаимодействия генетически модифицированных растений с окружающей средой, так и влияние на здоровье человека.

Когда мы говорим о рисках, многие спрашивают: «А вы уверены, что это на 100% безопасно?» Я в таком случае обычно отвечаю: «Назовите мне технологию, которая на 100% безопасна. Знаете ли вы такую технологию?» Конечно, никто не знает. Таких технологий нет. По определению каждая технология несет определенные риски. И эта оценка рисков в первую очередь включает в себя идентификацию рисков. Та или иная технология приходит к нам, и мы идентифицируем, какие риски она с собой несет. Дальше, когда мы это понимаем, начинается процесс управления рисками. Когда мы понимаем, как мы можем минимизировать их, мы обращаемся к обществу — готово ли оно воспринять эти риски. А готовность или неготовность — это, как правило, взвешивание на весах. Обычно я всегда привожу пример автомобиля. Очевидно, что это опаснейшая технология, каждый год мы платим высокую цену своими жизнями. Но, с другой стороны, на протяжении уже более столетия использования автомобиля мы с каждым годом придумываем новые приемы, чтобы минимизировать риски. Это и правила дорожного движения, и светофоры, и подушки безопасности. То есть общество готово принимать определенные риски.

Рекомендуем по этой теме:
4. Плюсы ГМО

Точно так же происходит с любыми биотехнологическими технологиями. И поэтому мы говорим, что фермеры готовы принимать риски. С другой стороны, потребители не всегда готовы. Почему это происходит? Так случилось, что первая волна генетически модифицированных растений была растениями, которые давали преимущество фермеру. Это растения, устойчивые к гербицидам, к инсектицидам, к болезням и насекомым-вредителям. Эти технологии делали жизнь фермера достаточно комфортной и давали соответствующую прибыль. Потребитель не чувствовал никакого преимущества от этой продукции.

Но сейчас ситуация меняется: в настоящее время появляются растения второй и третьей волны, которые содержат повышенное содержание витаминов, измененное содержание жирных кислот, которые способствуют предотвращению сердечно-сосудистых заболеваний, съедобные вакцины и так далее. Список достаточно обширен. И вместе с этим меняется восприятие общественности. Плюс ко всему сами компании уже перестают быть закрытыми. Биотехнологические компании раскрывают технологии, показывают во многом дружественность этих растений к окружающей среде за счет снижения пестицидной нагрузки, более бережного отношения к влаге, почве и так далее. Плюс ко всему и государство уже научилось по-другому взаимодействовать с общественностью, для того чтобы она воспринимала более благоприятно новые технологии. Каким образом? Оно открывает результаты экспериментов, теперь общество способно высказывать свое мнение.

5. Ситуация с ГМО на Западе

В Европе фермерам специально выделено время до принятия решения, для того чтобы можно было проконсультироваться с общественностью. Кроме того, там поддерживается принцип сосуществования, когда фермер сам вправе выбирать, какой тип ведения сельского хозяйства ему более близок. Либо это conventional (обычное сельское хозяйство), либо это биотехнологическое, либо органическое земледелие. Самый главный принцип — не навреди соседнему полю. Очевидно, если у вас на соседнем поле выращивается органический продукт и у вас произойдет занос генетически модифицированных семян либо попадут гербициды, пестициды, то сразу же стоимость этой продукции резко упадет. И поэтому существует специальная европейская директива, существует система оповещения и так далее. То есть это настоящая гармоничная система. А потребитель в свою очередь тоже может сейчас сделать свой выбор при покупке в соответствии с маркировкой товара.